Переводчик в зале старается передать речь оратора, но в зале шумно: кто-то кашляет, скрипят стулья, за окном шумит улица. Если оратор говорит тише, переводчик всё равно продолжает переводить, но его голос тонет в шуме. Так и атмосфера: она «переводит» наши выбросы углекислого газа в рост его концентрации, но этот сигнал заглушают дыхание лесов, океана и глобальные климатические качели.
Учёные взяли данные за 2015–2024 годы и разбили всю сушу на квадраты размером 1°×1°. Для каждого квадрата они вычислили, как быстро растёт концентрация CO₂ в воздухе над ним, сколько углекислого газа выбрасывают люди, насколько активно местные растения поглощают углерод (это видно по их свечению, которое отражает фотосинтез), и как влияет глобальный климатический цикл, известный как Южное колебание. Оказалось, что рост CO₂ сильно меняется от места к месту, но эти изменения в основном диктуются естественными процессами, а не локальными выбросами. Даже в 2020 году, когда из-за пандемии выбросы резко упали, во многих городах вклад человеческой деятельности в модель даже вырос.
Для климатической политики это значит, что проверять, насколько страны сокращают выбросы, только по атмосферным наблюдениям нельзя: нужно учитывать, что происходит в каждом регионе. Если переводчик не слышит тихую реплику оратора, это не значит, что оратор молчит: просто шум в зале слишком силён.
Южное колебание, которое авторы используют как климатический драйвер, измеряется разницей атмосферного давления между Таити и Дарвином. Этот индекс предложили ещё в 1987 году, и он до сих пор остаётся одним из самых простых и надёжных индикаторов Эль-Ниньо.