Два разных оркестра играют одну партитуру повреждения, но дирижёры у них разные: один тормозит перед делением, другой — перед удвоением ДНК. Рак полости рта и рак молочной железы получают один и тот же удар нейтронами, а отвечают на него так, будто слушают разных дирижёров. Одна линия клеток замирает на пороге деления, другая — на пороге копирования наследственного материала. Итог один — гибель, но путь к ней разный.

Исследователи взяли две линии раковых клеток: плоскоклеточную карциному полости рта SAS и аденокарциному молочной железы MCF-7. Обе сутки выдерживали в растворе с борфенилаланином — веществом, которое клетки охотно поглощают, — а затем облучали на ускорителе нейтронов в течение одного, двух или трёх часов. После этого считали разрывы ДНК, следили за клеточным циклом и проверяли, сколько клеток ещё способно дать потомство.

Разница проявилась с первых измерений. Клетки SAS накопили бора примерно втрое больше, чем MCF-7, и после облучения в их ядрах появилось около 70 светящихся меток разрывов ДНК против 38 у MCF-7. Но главное расхождение оказалось в клеточном цикле. У SAS доля клеток, застрявших перед делением, выросла с 28% до 62% за сутки. У MCF-7 почти 80% клеток замерли на более ранней стадии — перед удвоением ДНК.

Последствия такой остановки тоже разошлись. Через трое суток после облучения апоптоз, то есть запрограммированная гибель, у SAS достиг 21%, у MCF-7 — 28%. Но выживаемость колоний, то есть способность клеток давать потомство, упала у SAS до 15%, а у MCF-7 осталась на уровне 47%. Иными словами, клетки рака молочной железы чаще запускали механизм самоуничтожения, но при этом почти половина из них сохраняла способность к размножению. Рак полости рта погибал тише, зато надёжнее.

До этой работы было неясно, насколько различия в ответе на терапию зависят от накопления бора, а насколько — от собственных клеточных программ. Теперь видно, что даже при одинаковом режиме облучения клетки выбирают разные стратегии. Одни тормозят перед делением и массово теряют способность к размножению, другие застревают перед удвоением ДНК и медленно входят в апоптоз. Это значит, что радиоонкологам стоит смотреть не только на концентрацию бора в опухоли, но и на её молекулярный портрет. Два оркестра играют одну партитуру, но дирижёры у них разные — и предсказать, кто как сыграет, можно, только зная обоих.