Клетка похожа на оркестр, где каждый белок играет свою партию. Но при болезни прогерии один «настройщик» работает слишком усердно и заглушает важную ноту. Эта нота — химическая метка на белке, который упаковывает ДНК. Когда метка есть, клетка может точно чинить свои гены, как музыкант, который слышит каждую ноту. Когда метка пропадает, починка идет с ошибками, и клетка быстрее стареет.
Ученые выяснили, что виноват белок с именем HDAC2. Он снимает эту полезную метку. Тогда они попробовали вещества, которые мешают HDAC2 работать. В клетках сосудов пациентов с прогерией уровень метки вырос, клетки стали дольше делиться и меньше стареть. Особенно хорошо помогло сочетание с лекарством лонафарнибом, которое уже используют для лечения этой болезни.
Теперь ученые хотят сделать более точные лекарства, которые будут действовать только на HDAC2 и не задевать другие белки. Если это получится, люди с прогерией смогут дольше сохранять здоровые сосуды.
Сантакрацамат A, показавший наибольший эффект в этой работе, был впервые выделен из морской цианобактерии и назван в честь острова Санта-Крус, где её нашли. Несмотря на споры о его селективности, он остаётся полезным инструментом для изучения HDAC2 в клетках.
Работа опубликована не на arXiv. Здесь её страница, PDF и формализация: проверить можно самим, а не только прочитать наш разбор.