Ветры планеты — не свободные потоки, а скорее послушные струи, которые можно подтолкнуть с неожиданной стороны. Океанская поверхность, покрытая волнами, действует как ручка настройки: стоит изменить её шероховатость, и гигантские воздушные реки сдвигаются на сотни километров.

В модели Земли без суши, где океан нагрет по-разному на разных широтах, уменьшили шероховатость поверхности при слабом ветре в сто раз. Это всё ещё в пределах того, что показывают полевые измерения над морем. Западные ветры средних широт после этого сдвинулись к полюсу на несколько градусов, а тропическая ячейка циркуляции, поднимающая воздух у экватора, ослабела примерно на четверть. Пояс дождей, который обычно сидит вблизи экватора, тоже сместился к полюсу.

Механизм оказался не в трении. Когда поверхность стала гладкой, океан начал отдавать меньше тепла воздуху: и напрямую, и через испарение. Тропическая атмосфера от этого охладилась, а охлаждение перестроило всю циркуляцию от экватора до полюсов. Чтобы убедиться, провели эксперименты с «выключением» отдельных эффектов: меняли шероховатость только в тропиках или только в средних широтах, только для тепла или только для трения. Отклик запускался именно уменьшением потоков тепла в тропиках.

Руль, спрятанный в мелочах, оказался важнее, чем думали. Даже небольшие изменения параметров поверхности моря, которые находятся в пределах неопределённостей наблюдений, могут вызвать сдвиг ветров, сравнимый с естественными колебаниями климата. Раньше такие неопределённости связывали в основном с облаками и конвекцией, а поверхность считали второстепенной. Теперь ясно: чтобы понимать, куда дуют ветры планеты, нужно внимательно смотреть на рябь под ними.