Оркестр играет, хотя дирижёра никто не видит. Музыканты — заряженные частицы в магнитосфере пульсара, а партитура — электрические и магнитные поля, рождённые вращением сверхплотной звезды. Но в этой партитуре есть правки, внесённые невидимой рукой: аксионной гривой, облаком гипотетических частиц, которое окутывает нейтронную звезду.

Пульсар — это нейтронная звезда размером с город, но с массой больше солнечной. Она вращается до сотен раз в секунду, и её магнитное поле сильнее земного в триллионы раз. Вблизи поверхности поле вырывает частицы из вакуума, создавая электрон-позитронные пары, которые питают радиоизлучение. Но ускорение частиц требует электрического поля, а оно зависит от тонкого баланса между вращением и плотностью заряда. Если баланс нарушается, пульсар гаснет. Так считалось до сих пор.

Аксионная грива меняет этот баланс. Она возникает потому, что плотное ядерное вещество звезды создаёт вокруг себя статичное поле аксиона. Градиент этого поля действует как дополнительный дирижёрский жест: в одном полушарии он усиливает ускорение, заставляя зазор рождать пары ближе к поверхности, а в другом — усиливает экранировку, подавляя ускорение. Всё зависит от знака аксионного заряда и от того, течёт ли ток наружу или возвращается.

Численные симуляции методом частиц-в-ячейках показали: даже если замедлить вращение звезды в четыре раза, аксионное поле продолжает поддерживать рождение пар. Это сдвигает «линию смерти» пульсара — границу на диаграмме, ниже которой звезда должна была бы замолчать. Аксион не вносит собственную энергию, он лишь перераспределяет вращательную энергию, как дирижёр, который не играет сам, но заставляет оркестр звучать иначе.

Раньше было неясно, может ли статичное аксионное поле существенно повлиять на электродинамику пульсара. Теперь ясно: может, и эффект различается между полушариями. Это объясняет, почему некоторые старые пульсары продолжают излучать, и даёт новый способ ограничить параметры аксионов по наблюдениям. Оркестр продолжает играть, и мы наконец начинаем слышать партитуру.