В мире кристаллов есть скрытая геометрия. Когда электрон бежит по двумерному изолятору, его путь закручивается невидимой силой — топологией. Эту закрутку описывает число Черна, целое число, которое нельзя изменить плавной деформацией. Раньше его приходилось высчитывать, как площадь под сложной кривой: шаг за шагом восстанавливали кривизну Берри по всей зоне Бриллюэна (пространству всех возможных импульсов электрона). Процесс долгий и чувствительный к помехам.
Авторы работы пошли другим путём. Они заметили: число Черна прячется не в площади, а в точках. Там, где волновая функция обращается в ноль, фаза волны делает полный оборот — как стрелка компаса на Северном полюсе. Это фазовый вихрь. Достаточно посчитать такие вихри в структуре собственных векторов, и число Черна выпадает само — целое и точное. Метод работает даже при сильном шуме, потому что вихри — объекты жёсткие: они не исчезают от лёгкой тряски.
Второй метод ещё хитрее. В классических волновых системах — например, в решётке из лазерных лучей — моды не обязаны быть нормированными. Амплитуда может меняться, и это не баг, а ключ. Сравнивая фазы на разных краях образца, можно вытащить число Черна без полного сканирования зоны Бриллюэна. Эксперимент на фотонной решётке подтвердил: оба метода дают ровно те же целые числа, что и громоздкие старые расчёты.
Число Черна названо в честь математика Шиинг-Шена Черна, который изучал кривизну поверхностей. Оно оказалось ключом к пониманию квантового эффекта Холла, где сопротивление меняется строго ступеньками.
В романе «Анафем» Нила Стивенсона учёные манипулируют топологией пространства, чтобы влиять на квантовые состояния — почти как здесь управляют светом через вихри.