Если поставить рядом два маятника и слегка качнуть один, второй со временем подхватит ритм. Так ведут себя не только часы на общей полке, но и плазма внутри Солнца. В конвективной зоне звезды текут два огромных кольцевых потока: один ближе к поверхности, другой глубже. Каждый из них колеблется со своим периодом — 12,05 и 9,52 года. Когда два колебания накладываются, возникает медленное биение: амплитуда то растёт, то спадает с периодом 89 лет. Это и есть цикл Гляйсберга, который астрономы видят в числе солнечных пятен.
Тот же приём работает и для океана. У Эль-Ниньо есть два своих колебания: 5,35 и 3,55 года. Их сумма даёт огибающую с периодом 21,5 года. Именно такой сигнал нашли в кольцах якусимского кедра — дерева, которое росло на острове Якусима с 1924 года и пережило даже минимум Маундера, когда пятен на Солнце почти не было. Значит, 22-летний след в древесине оставило не Солнце, а тёплые течения Тихого океана.
Раньше было неясно, почему в кольцах кедра видны 11- и 22-летние периодичности даже тогда, когда Солнце затихало на десятилетия. Теперь ответ прост: 89-летний цикл рождается биением двух солнечных потоков, а 22-летний — биением двух океанических. Два маятника в небе и два маятника в море оставляют общий след на земле. Модель можно использовать как простой инструмент: взять данные по кольцам деревьев и быстро прикинуть, какая часть климатических колебаний пришла от Солнца, а какая — от океана.
Якусимский кедр, по кольцам которого нашли 22-летний сигнал, живёт на острове Якусима, где годовое количество осадков достигает 4000–10000 мм — это одно из самых влажных мест Японии.