В каждой клетке живёт неутомимый переписчик — фермент, который копирует длинную нить ДНК. Он движется по ней, как считывающая головка по магнитофонной ленте, и строит рядом новую нить. Буквы он подбирает строго по правилу: напротив А всегда ставит Т, напротив Г — Ц. Но иногда, очень редко, рука его дрожит — и вместо нужной буквы встаёт другая. Такая ошибка называется мутацией.
Учёные взяли этот простой механизм и прогнали его на компьютере. Начали с любой случайной последовательности букв — как будто набрали текст, не глядя на клавиатуру. Потом запустили копирование много раз подряд, каждый раз позволяя переписчику изредка ошибаться. Оказалось, что после тысяч повторений в каждой нити само собой возникает равновесие: букв А становится почти столько же, сколько Т, а букв Г — почти столько же, сколько Ц. Это совпало с давним наблюдением биолога Эрвина Чаргаффа, которое он сделал ещё в середине прошлого века, глядя в микроскоп на настоящую ДНК.
Почему это важно? Оказалось, что для такого порядка не нужны никакие специальные условия — ни особая форма нити, ни вмешательство других молекул. Достаточно самой логики копирования. Это объясняет, почему правило Чаргаффа выполняется почти у всех живых существ — от бактерий до человека. И почему иногда бывают отклонения: если переписчик начинает ошибаться чаще или копирует одну нить усерднее другой, равновесие слегка сдвигается.
Теперь, когда учёные читают геном какого-нибудь организма и видят, что букв А чуть больше, чем Т, они понимают: это не случайность, а след от особенностей работы копировальной машины. Сама жизнь, как аккуратный переписчик, стремится к симметрии.
Правило Чаргаффа — это когда в ДНК количество букв А равно Т, а Г равно Ц. Эрвин Чаргафф открыл его в 1950 году, просто посчитав буквы в ДНК разных организмов. Это открытие подсказало Уотсону и Крику, что буквы в ДНК соединяются попарно.