Согласно теориям, выходящим за рамки Стандартной модели — нашего лучшего описания элементарных частиц и их взаимодействий, — в первые мгновения после Большого взрыва рождались пары магнитных монополей. Это гипотетические частицы, несущие только один магнитный полюс — «север» или «юг», в отличие от привычных магнитов, где полюса неразлучны. Монополи оказывались на концах космической струны — одномерной нити чистой энергии, оставшейся от фазовых переходов ранней Вселенной. Эта струна действует как тугая резиновая лента: один конец тянет «северный» монополь, другой — «южный». Аналогия упрощает картину, ведь реальная струна — квантовый объект с колоссальным натяжением. Один монополь весит как миллиарды протонов, но умещается в объёме меньше атомного ядра, что делает его экстремально плотным и массивным микрообъектом.

Со временем струна сжимается под действием собственного натяжения, сближая монополи. Когда они сливаются, их аннигиляция высвобождает энергию, заставляя струну разорваться. По ткани пространства-времени — геометрической сцене, где разыгрываются все физические события, — расходится рябь: гравитационные волны, предсказанные общей теорией относительности. Их частота лежит в слышимом диапазоне: от низкого гула до пронзительного писка, что позволяет перевести сигнал в звук для анализа. Детекторы на Земле, такие как LIGO и Virgo, использующие лазерную интерферометрию для улавливания мельчайших колебаний пространства, могут зафиксировать этот уникальный сигнал. Обнаружение таких волн станет прямым доказательством существования монополей и струн — шаг к пониманию рождения Вселенной.