На заре Земли, около четырёх миллиардов лет назад, планета была суровым местом: тусклое солнце, частые удары астероидов, воздух без кислорода. В таких условиях первые шаги жизни кажутся почти невозможными. Но есть гипотеза, что жизнь укрылась в тёплых мелких прудах, где вода то высыхала, то вновь наполнялась. Такие циклы, как выпаривание соли из морской воды на солнце, концентрировали нужные молекулы, помогая им соединяться в более сложные цепочки — будущие РНК.
Один из ключевых ингредиентов этого процесса — цианистый водород (HCN), ядовитый газ с запахом горького миндаля. Он может попадать в пруды двумя путями: падать с неба вместе с метеоритами или образовываться в самой атмосфере и вымываться дождём. Исследователи построили компьютерную модель атмосферы и сравнили эти два источника. Оказалось, что атмосферная доставка HCN обычно больше, чем метеоритная, и это верно для самых разных условий: у звёзд, похожих на Солнце, и у красных карликов, при разном составе воздуха.
Это значит, что цианистый водород, вероятно, не был узким местом на пути к жизни. Если он в избытке, то шансы на появление первых молекул РНК на других скалистых планетах могут быть выше, чем считалось. Однако авторы предупреждают: это лишь один кирпичик, а не вся стройка.
Цианистый водород есть в космосе: его находят в кометах и в атмосферах далёких планет, а на Земле он мог накапливаться в прудах, как соль в высыхающем море.
В романе «Солярис» Станислава Лема океан планеты порождает странные структуры — возможно, первые шаги жизни там тоже начались с простых молекул вроде HCN.