Когда массивная звезда умирает, её ядро сжимается в нейтронную звезду, а внешние слои разлетаются взрывом. В этот момент рождается невообразимо плотное облако нейтрино — частиц, которые почти не взаимодействуют с веществом, но зато активно «переговариваются» друг с другом. Их так много, что вместе они ведут себя как жидкость, по которой могут бежать волны.
Недавно физики заметили, что устойчивые быстрые волны в этом нейтринном море должны затухать — примерно как волны плазмы теряют энергию из-за эффекта Ландау. Но новое исследование показало: на самом деле затухание очень слабое, а в пределе «чистой быстроты» (когда скорости частиц почти одинаковы) оно вообще исчезает.
Это не отменяет главного: неустойчивые моды — те, что нарастают и в конце концов перемешивают типы нейтрино, — по-прежнему работают. Именно они определяют, как нейтрино меняют аромат, а значит, и как распределяется энергия взрыва. Понимание того, какие волны живут, а какие гаснут, помогает точнее моделировать сверхновые и слияния нейтронных звёзд — космические фабрики тяжёлых элементов вроде золота и платины.
Внутри сверхновой нейтрино так плотно упакованы, что их взаимное влияние сильнее, чем взаимодействие с обычным веществом звезды.