Образцы лунных пород, доставленные на Землю, поставили перед учёными парадокс: их возраст составляет 4,35 миллиарда лет, тогда как сама Луна, согласно моделям формирования, должна была возникнуть примерно на 150 миллионов лет раньше. Где же скрывается это пропавшее время? Разгадка таится в явлении приливного разогрева. В раннюю эпоху, когда Луна находилась гораздо ближе к Земле, земная гравитация воздействовала на неё подобно неутомимым рукам, которые непрерывно сминали и изгибали спутник. Этот процесс вызывал выделение тепла внутри лунных недр — подобно тому, как нагревается проволока при многократном быстром сгибании. Природу таких сил, лежащих в основе приливных взаимодействий, впервые описал Исаак Ньютон в своём законе всемирного тяготения. Целых 150 миллионов лет лунный океан магмы — гигантский резервуар расплавленной породы, покрывавший молодую Луну, — оставался жидким, подогреваемый этой непрекращающейся космической «разминкой». Однако, как только магма начала затвердевать и становиться более вязкой, эффективность приливного нагрева резко упала. В результате последние капли жидкого камня застыли почти мгновенно — по геологическим меркам. Именно этот момент кристаллизации и зафиксирован в лунных образцах, и мы ошибочно принимаем его за время рождения Луны. На самом деле, породы хранят память лишь о финальном этапе рассеивания её внутреннего жара. Эта же модель помогает объяснить и давнюю загадку различий между видимой и обратной сторонами Луны: остывание магматического океана шло неравномерно, что привело к асимметрии коры. Любопытно, что аналогичный механизм экстремального приливного разогрева мы наблюдаем и сегодня в системе Юпитера: он буквально плавит недра спутника Ио, делая его самым вулканически активным телом Солнечной системы.