Выделить один бракованный микрочип из миллиона, не имея ни малейшего представления о том, как выглядит дефект, — классическая задача поиска иголки в стоге сена. Обычный компьютер стал бы перебирать чипы один за другим. Квантовый же действует как самонастраивающийся дуршлаг: вы высыпаете всю партию разом, и лишь редкие дефектные экземпляры «загораются» — без какого-либо предварительного описания брака. Секрет кроется в энтропии — мере случайности, пронизывающей любые данные. Там, где классические методы тонут в шуме, квантовые биты (кубиты) используют эту случайность, чтобы усилить самые слабые аномалии.

Задолго до этого Ричард Фейнман предвидел появление квантовых машин, а Дэвид Дойч доказал, что они способны решать задачи, недоступные классическим вычислителям. Новый алгоритм опирается на это наследие. Он находит то, что едва заметно: крошечное падение яркости звезды, выдающее экзопланету — мир, обращающийся вокруг другой звезды, при помощи транзитного метода, основанного на фотометрии — точном измерении провалов в свете, или малозаметный узор, предвещающий обвал рынка. В физике элементарных частиц алгоритм мог бы уловить редкий распад, предсказанный стандартной моделью — теорией фундаментальных частиц, или неуловимое взаимодействие тёмной материи.

Удивительное свойство алгоритма: он не просто находит «иголки в стогах сена» — он находит такие иголки, которых никогда раньше не видел, и при этом уверенно превосходит классические компьютеры именно в тех сценариях слепого поиска, которые имеют наибольшее значение.