Сразу после Большого взрыва Вселенная напоминала бурлящий суп: из вакуума выныривали и тонули пары частиц с античастицами. Но резкое расширение — эпоха, описанная Аланом Гутом и Андреем Линде, — захлопнуло эту кастрюлю крышкой. Случайная рябь застыла, и частиц оказалось больше, чем их антиподов.
Распадаясь, эти «гости» породили протоны и электроны, а их движение вызвало электрические токи — и первые магнитные поля. Похожий сценарий мог создать избыток тёмного вещества — невидимого каркаса, удерживающего галактики.
Расчёты дают долю избыточной материи относительно энтропии (меры хаоса) и силу первичного магнетизма, идеально совпадающие с наблюдениями. Весь наш мир держится на ничтожном перекосе: одна лишняя частица на миллиард фотонов — и этого хватило для звёзд, планет, жизни. Всё родилось из дрожи в искривлённом пространстве-времени.
как её написали авторы, на английском arXiv:2603.27257
During the reheating epoch, gravitationally produced superheavy particle-antiparticle pairs undergo quantum oscillations. Perturbations in their relative densities cross out the horizon, leading to an asymmetry of particles and antiparticles inside the horizon. Massive particles decay into light baryons and leptons, thereby explaining baryogenesis and leptogenesis, whose charged components must generate a nontrivial electric current, thereby producing a primordial magnetic field (magnetogenesis). As a result, the baryon (lepton) number-to-entropy ratio and the primordial magnetic field bound are consistent with observational data. We also discuss darkogenesis, the origin of dark matter and anti-dark matter asymmetry.
Перекос между веществом и антивеществом был ничтожен: всего одна лишняя частица на миллиард фотонов. Но без него не возникли бы галактики, звёзды и жизнь.