Сразу после Большого взрыва Вселенная напоминала бурлящий суп: из вакуума выныривали и тонули пары частиц с античастицами. Но резкое расширение — эпоха, описанная Аланом Гутом и Андреем Линде, — захлопнуло эту кастрюлю крышкой. Случайная рябь застыла, и частиц оказалось больше, чем их антиподов.

Распадаясь, эти «гости» породили протоны и электроны, а их движение вызвало электрические токи — и первые магнитные поля. Похожий сценарий мог создать избыток тёмного вещества — невидимого каркаса, удерживающего галактики.

Расчёты дают долю избыточной материи относительно энтропии (меры хаоса) и силу первичного магнетизма, идеально совпадающие с наблюдениями. Весь наш мир держится на ничтожном перекосе: одна лишняя частица на миллиард фотонов — и этого хватило для звёзд, планет, жизни. Всё родилось из дрожи в искривлённом пространстве-времени.