Поток воздуха, обтекающий крыло или лопатку турбины, ведёт себя как струна: сначала он гладкий и слоистый — это ламинарный режим. Но стоит скорости вырасти или появиться внешней ряби, как струна срывается в хаотичную дрожь — турбулентность. Точно предсказать момент срыва очень важно: от него зависит сопротивление, нагрев и шум.

Классические эксперименты серии T3, проведённые на плоской пластине в аэродинамической трубе, стали эталоном для проверки моделей. Однако они измеряли скорость лишь в отдельных точках. Современным расчётным методам нужна полная трёхмерная картина во времени. Чтобы её получить, учёные провели «числовой эксперимент» — высокоточное моделирование с помощью неявного метода крупных вихрей (iLES). Они повторили условия тех самых опытов T3, но теперь видели каждый крошечный завиток в объёме.

Результаты моделирования хорошо совпали с замерами трения и профилей скорости из старых экспериментов. Но когда те же данные скормили двум популярным инженерным моделям (SA-BCM и k-ω-γ), выяснилось: обе систематически ошибаются и с началом перехода, и с его протяжённостью. Расчётный срыв то запаздывает, то растягивается.

Созданная база данных — не просто проверка старых моделей. Это фундамент для обучения новых, основанных на физически информированных нейросетях. Они смогут улавливать тонкие закономерности, которые ускользают от упрощённых формул. Такой подход обещает сделать расчёты точнее, а крылья и лопатки — надёжнее.