Две частицы размером с пылинку, связанные квантовой запутанностью, подобны дуэту музыкантов с абсолютным слухом. Их гравитационное притяжение — общий ритм, чуткий к любым искажениям. Скрытые измерения вносят в этот ритм едва уловимый сбой.
Чтобы заметить его, частицы помещают в суперпозицию — заставляют, подобно коту Шрёдингера, находиться в двух местах сразу. Их волновая природа заставляет гравитацию проявляться иначе, чем в привычном мире Ньютона: возникает измеримый фазовый сдвиг. Если верна струнная теория с её дополнительными измерениями, сдвиг будет иным, чем предсказывает Стандартная модель. Это позволяет обойти электрические помехи, которые глушат сигнал в обычных опытах.
Главный враг — декогеренция, разрушающая хрупкие квантовые состояния. Но даже небольшой прогресс в борьбе с ней откроет путь к лабораторным исследованиям кривизны пространства-времени — того, что Эйнштейн считал почти мистическим. А если бы скрытые измерения были чуть крупнее, мы бы ощущали их ежесекундно: предметы на близком расстоянии притягивались бы как магниты.
Если бы дополнительные измерения были чуть больше предсказанных, гравитация на малых расстояниях стала бы гораздо сильнее. Упавшие ключи не зазвенели бы — они буквально приклеились бы к ладони.
Идея скрытых измерений вдохновляла фантастов: в фильме «Интерстеллар» герой, попав в пятимерное пространство, двигается сквозь время — намёк на то, как дополнительные измерения меняют законы физики.