В кузнице на окраине деревни кузнец раздувает горн, и искры летят в темноту. Так и в галактике AEON-z5 активное ядро, как раскалённый горн, выбрасывает вещество, обогащённое металлами, далеко за пределы звёздного диска. Телескоп Джеймса Уэбба зафиксировал этот процесс спустя всего миллиард лет после Большого взрыва, когда Вселенная была ещё совсем юной.

Газ в линии Hα+[N ii] простирается до проектного радиуса более 4 килопарсек, что в 2–2,5 раза больше эффективного радиуса звёздной компоненты при массе около 2×$10^{10}$ масс Солнца. Центральный профиль линии разлагается на три компонента: узкое ядро с шириной 88 км/с, синее крыло со сдвигом −288 км/с и доминирующий красный асимметричный поток со средним сдвигом +489 км/с и шириной 630 км/с. Высокоскоростное крыло достигает 792 км/с, а возможный отдельный сгусток имеет скорость около 2800 км/с. Это как если бы из горна вылетали не только искры, но и целые раскалённые куски металла.

Раньше было неясно, могут ли активные ядра галактик уже в первый миллиард лет после Большого взрыва выбрасывать обогащённый металлами газ на окраины галактик и в окружающую среду. Теперь обнаружена галактика AEON-z5, где эмиссия азота и водорода прослеживается до 4 килопарсек, а металличность газа близка к солнечной. Это указывает на реальный перенос химически переработанного вещества. Сравнили пространственное распределение эмиссионных линий с размером звёздного диска и измерили скорости газа по сдвигу линий в бесщелевом спектре. Результат можно использовать как эталон для интерпретации будущих наблюдений металлических абсорберов и для калибровки моделей обратной связи в ранней Вселенной. Искры из горна разлетаются всё дальше, и мы наконец видим, как они оседают в окружающей тьме, обогащая её металлами для будущих поколений звёзд и планет.