Вы один из авторов этой статьи? Напишите нам с рабочей или университетской почты, указав arXiv ID этой статьи, и мы подтвердим вас и дадим доступ к редактированию этой страницы.
Вы автор работы и видите, что мы что-то упустили или поняли неточно? Напишите нам: тема письма уже содержит номер статьи. Мы прочитаем, учтём и поправим разбор.
Монета падает ребром — примерно так же редко тяжёлый B-мезон распадается на лёгкий пион и пару электрон-позитрон. За десятилетие работы коллайдера таких событий набралась лишь горстка, но физики наконец смогли их разглядеть.
Ловушка здесь в том, что похожие следы могут оставлять и другие, более частые процессы. Чтобы отсеять ложные сигналы, детектор LHCb работал как сверхчувствительное сито, отбрасывая всё, что не совпадает по массе и энергии. Оставшиеся 121 событие и стали первым свидетельством долгожданного распада.
Этот процесс чутко реагирует на любые неучтённые частицы — даже те, что слишком тяжелы для прямого рождения в коллайдере. Пока измеренная частота совпадает с предсказаниями, но теперь, когда распад пойман, можно начинать охоту за мельчайшими отклонениями.
B-мезоны живут всего около 1,5 пикосекунды — за это время свет успевает пройти меньше полумиллиметра. Поймать их распад — всё равно что сфотографировать пулю в полёте.