Когда две чёрные дыры сливаются, новорождённая дыра некоторое время «звенит», испуская гравитационные волны — подобно затихающему колоколу. Этот звон улавливают гигантские детекторы, созданные Райнером Вайссом и Кипом Торном. В гравитационно-волновом сигнале, словно в звуке музыкального инструмента, различимы основной тон и обертоны — слабые высшие гармоники, которые несут информацию о массе и вращении дыры. Однако тихие обертоны обычно тонут в мощном основном сигнале, оставаясь недоступными для прямого наблюдения.

Физики разработали метод выделения этих слабых «нот», применив спектроскопию — подход, аналогичный тонкой настройке эквалайзера: он избирательно усиливает искомые частоты и подавляет шум. Для самого громкого зарегистрированного события GW250114 учёные подтвердили наличие первого обертона с уверенностью 99,9% (предыдущий анализ давал лишь 82,5%). Такой скачок достоверности стал возможен благодаря целенаправленному «вычитанию» доминирующего основного тона из данных — подобно тому, как звукорежиссёр убирает гул из записи, чтобы расслышать тихие детали. Результат не показал никаких отклонений от общей теории относительности: чёрная дыра звучала безупречно, в точном соответствии с предсказаниями.

Удивительно, но этот тихий обертон поведал о дыре не меньше, чем громкий основной тон, — просто раньше мы не умели его слушать. Сеанс космической прослушки продолжается, и каждый новый обертон обещает стать ключом к неразгаданным тайнам гравитации.