📄 Показана версия «Просто» — «Популярно» пока не готова. Добавьте ★ в избранное, если хотите её ускорить. Прошу разобрать полностью

Космологический спор напоминает ситуацию, когда два мастера меряют одну и ту же стену, но получают разную длину. Один использует рулетку, прикладывая её к ближайшим ориентирам — цефеидам (пульсирующим звёздам-маякам) и сверхновым типа Ia (вспышкам умирающих звёзд). У него выходит, что стена растягивается со скоростью 73.5 условных единиц. Второй смотрит на древний рисунок — реликтовое излучение (свет, оставшийся после Большого взрыва) — и получает 67.4. Разница почти в 9%, и это противоречие назвали «напряжением Хаббла».

Новое объяснение предлагает присмотреться не к стене, а к самой рулетке. Точнее, к среде, в которой она находится. Наша Солнечная система плавает в огромном пузыре — гелиосфере, созданном солнечным ветром. За его границей, в межзвёздном пространстве, плазма разогрета до десятков тысяч градусов. Этот жаркий кокон полон энергичных частиц, способных влиять на свет, проходящий сквозь него.

Авторы работы рассчитали: если свет от цефеид и сверхновых слегка меняется, проходя через эту горячую «линзу», наши детекторы могут систематически ошибаться, завышая расстояния. Эффект невелик, но коварен — он способен объяснить до 8% наблюдаемого расхождения. С учётом всех поправок (неоднородность среды, частичная компенсация при калибровке) реалистичный вклад оценивается в 3–8%. Это не отменяет другие гипотезы, но добавляет важный штрих: часть загадки может скрываться прямо у нас под носом.

Так возвращается круг: рулетка, которой мы так доверяли, сама оказалась подвержена жару и давлению. Чтобы проверить догадку, учёные предлагают искать тонкие различия в свете звёзд в зависимости от направления — там, где гелиосфера тоньше или плотнее, искажения должны проявляться сильнее. Это превращает досадную помеху в новый инструмент для изучения нашего космического дома.