Вы один из авторов этой статьи? Напишите нам с рабочей или университетской почты, указав arXiv ID этой статьи, и мы подтвердим вас и дадим доступ к редактированию этой страницы.
Вы автор работы и видите, что мы что-то упустили или поняли неточно? Напишите нам: тема письма уже содержит номер статьи. Мы прочитаем, учтём и поправим разбор.
При столкновениях частиц на околосветовых скоростях рождаются пары: частица и античастица — двойники с противоположными зарядами. Раньше их различали по одной примете, как человека по форме носа. Новый метод LHCb анализирует всю картину разлёта: траектории, углы, группировки. Это как узнавать знакомого по походке, жестам и мимике — целостно, без ошибок.
Такая точность нужна, чтобы заметить разницу между материей и антиматерией, которая после Большого взрыва определила судьбу Вселенной. Крохотный перевес материи спас мир от аннигиляции и породил звёзды. Но есть нюанс: B-мезоны — оборотни. Они самопроизвольно переключаются из частицы в античастицу, и наоборот. Понять, кто есть кто в каждый миг, — значит приблизиться к разгадке Стандартной модели. Поль Дирак, предсказавший античастицы, заметил: «Каждая частица имеет тень».
Если бы материя и антиматерия родились в идеальной симметрии, Вселенная заполнилась бы лишь вспышками аннигиляции и светом — ни галактик, ни жизни.
В фантастике антивещество — топливо для звездолётов, но настоящая интрига в почти детективном поиске различий между частицами-близнецами, объясняющих, почему мы существуем.
