Ранняя Вселенная была горячей и плотной. В ней, как в кипящей воде, рождались пузыри нового состояния пространства. Обычно их считают простыми, но некоторые хранили в себе гигантское число скрытых 'рисунков' — микроскопических состояний, или энтропию. Это как мыльный пузырь, чья поверхность переливается не семью цветами, а миллиардами оттенков.
Когда такие пузыри сталкиваются, их запутанность не исчезает мгновенно, а меняет процесс слияния. Это отражается на гравитационных волнах — ряби пространства-времени. В отличие от слияния чёрных дыр, где информация будто бы исчезает, пузыри оставляют в волнах чёткий квантовый след — эхо своего 'многообразия'.
Будущие детекторы, подобные тому, что создал Райнер Вайсс, смогут уловить эти сигналы. Так мы впервые заглянем в квантовую 'личность' пространства.
Каждый пузырь рождался сразу во всех возможных состояниях — как если бы подброшенная монета падала одновременно орлом и решкой. Сложность же пузыря была астрономической: число его микросостояний превышает количество атомов в наблюдаемой Вселенной.
Научная фантастика часто обыгрывает тему множественных вселенных, но здесь «вселенные-пузыри» ещё и квантово запутаны — словно они делят общую память о моменте творения.