В кристаллической решётке электроны иногда ведут себя подобно толпе на стадионе, порождающей «волну»: области с повышенной плотностью заряда чередуются с почти пустыми зонами. Эта волна, известная как волна зарядовой плотности, блокирует свободное движение носителей — при обычных условиях материал не является сверхпроводником. Однако стоит приложить давление, и волна исчезает: электроны начинают двигаться без сопротивления. Заглянуть в тонкую структуру этой волны позволил метод оптической спектроскопии с прецизионными измерениями отражённого света — сверхкороткие лазерные вспышки зондируют отклик электронной системы. Оказалось, что для разрушения волны необходимо преодолеть два энергетических барьера — 54 и 67 миллиэлектрон-вольт, словно замок требует двух ключей разной формы. При гелиевых температурах, когда тепловые колебания почти замирают, становятся различимы собственные вибрации кристалла — фононы. Их коллективный «танец» подстраивается под электронную волну, изменяя общую энтропию системы. Идеи Джона Бардина о спаривании электронов в куперовские пары и Льва Ландау о квантовых электронных жидкостях переплетаются здесь в единый механизм, где подавление волны зарядовой плотности открывает путь к бездиссипативному переносу.