В сверхтекучем гелии исчезает вязкое трение — жидкость течёт, как горный ручей, но без малейших завихрений, демонстрируя макроскопический квантовый эффект. Короткий лазерный импульс, словно брошенный камень, возмутил эту гладь, а исследователи с помощью спектроскопии — метода, отслеживающего взаимодействие света с веществом — зарегистрировали побежавшую рябь: это квантовые волны, каждая со своей скоростью, порождённые коллективным движением частиц. Накладываясь, волны рисовали на поверхности не привычные концентрические круги, а вытянутые эллипсы. Так визуально проявляется квантовое сжатие: хаотичные всплески подавляются в одном направлении и усиливаются в другом, подобно тому, как беспорядочная болтовня толпы вдруг превращается в согласованный гул. Сжатая рябь несёт меньше шума, и именно здесь кроется самый неожиданный сюрприз — гребни этой ряби возникли на долю мгновения раньше, чем, казалось бы, должен был ударить «камень»-импульс. Интерференция множества волн создала иллюзию, будто квантовый пруд почуял будущее возмущение. Это опережение, которое кажется мистическим, и механизм сжатия открывают путь к приборам, способным улавливать мельчайшие содрогания пространства, снижая энтропию — меру беспорядка до немыслимых прежде пределов. Открытие заставляет пересмотреть наше понимание коллективного поведения частиц и обещает новые горизонты в сверхчувствительной технике.
Ротоны, предсказанные Ландау в 1941 году, считались вращающимися частицами-одиночками, а оказались коллективным танцем атомов.