Когда звонит колокол, звук не обрывается сразу — он затихает постепенно. Похоже ведут себя и солнечные вспышки. В момент вспышки магнитные поля резко перестраиваются, и в раскалённом газе атмосферы Солнца возникают колебания — словно ударили в гигантский камертон. Эти затухающие пульсации (ритмичные мерцания) говорят: внутри звезды что-то «звенит».
Чтобы найти общий ритм в этом «звоне», учёные проанализировали больше двух тысяч микро-вспышек и триста обычных. С помощью точного измерения яркости и специальной обработки сигналов они выделили из мерцания чистые периодические колебания. Затем данные пропустили через частотный анализ и статистическое сравнение моделей. Оказалось, что время затухания τ и период пульсации P связаны степенным законом: τ ∝ P^α, где α примерно 0.9. Иначе говоря, чем дольше длится один «взмах», тем дольше будут затихать все колебания — и эта линия на графике одна и та же для едва заметных микро-вспышек и для чудовищных звёздных взрывов.
Такой общий закон означает, что за затухание везде отвечает один и тот же механизм — скорее всего, магнитные волны в газе (те самые, что заставляют петли вибрировать). Но главное — теперь пульсации становятся измерительным инструментом. Измерив период, можно вычислить длину невидимой плазменной петли; зная время затухания — оценить её температуру. Для красных карликовых звёзд, которые слишком далеко, чтобы увидеть петли в телескоп, это бесценно. Более того, сравнивая «звон» вспышек на разных длинах волн — например, в ультрафиолете и рентгене — учёные научатся различать типы колебаний и ещё точнее определять, что скрыто в бурной атмосфере светила. Так наблюдения за тем, как гаснут вспышки, открывают путь к пониманию жизненного цикла звёзд — и «колокольный звон» далёких солнц расскажет об их невидимых свойствах.
Самые маленькие из изученных вспышек — EUV-ярчения — длятся от нескольких секунд до минуты, а их размер — всего около 100 километров. При этом в них видны те же затухающие колебания, что и в гигантских вспышках, охватывающих десятки тысяч километров.