Птицы в стае, рыбы в косяке, бактерии в рое — обычно думают, что они собираются вместе, потому что им так нравится. Но что, если всё проще: каждый ищет еду для себя, а стая получается сама собой?
Агенты жили на площадке, где были спрятаны 100 «кормушек». Каждый агент видел только то, что впереди, и мог заметить, есть ли там сородич и сытый ли он. Если радиус зрения был маленьким, агенты бродили поодиночке. Но когда радиус увеличивали, они резко меняли поведение: начинали вертеться на месте, пока не увидят сытого товарища, а потом бежали к нему. Так они сбивались в кучи.
Почему так? Если ты плохо видишь, то проще искать еду самому. Если видишь далеко, то проще следить за другими: кто-то уже нашёл еду, беги к нему. Это как в супермаркете: если вы не знаете, где нужный товар, вы ищете сами. Но если видите очередь — идёте туда, потому что там наверняка что-то хорошее. Так и здесь: стая возникает из жадности, а не из желания быть вместе.
Индекс Кларка–Эванса, использованный для количественной оценки агрегации, был предложен в 1954 году экологами для анализа пространственного распределения растений и животных.
Идея о том, что сложное коллективное поведение может возникать из простых индивидуальных правил без центрального управления, перекликается с концепцией «роя» в романе Станислава Лема «Непобедимый», где микроскопические машины образуют разрушительные структуры.