Чёрная дыра работает как воронка в пруду: всё падает в неё и сжимается в точку, где пространство-время обрывается. Это сингулярность. Вода в пруду испаряется, и воронка мелеет, но дыра на дне остаётся до последней капли. Так и с чёрной дырой: квантовые поля заставляют её таять (это открыл Стивен Хокинг в 1974 году), однако сингулярность никуда не исчезает.
Парадокс: те же поля, что крадут энергию дыры, неизбежно порождают разрыв. Без них сингулярность просто не возникла бы. Открытие важно для загадки информации: если разрыв не затягивается, то поглощённые данные, вероятно, не стираются, а застревают в нём. Некоторые теоретики связывают это с кротовыми норами — мостами в иные миры, а всеобъемлющий ответ ищет теория струн.
Физик Якоб Бекенштейн ввёл понятие энтропии (меры беспорядка) чёрных дыр, связав её с площадью горизонта. Это была революционная идея, которая до сих пор будоражит умы теоретиков.
В фильме «Интерстеллар» сингулярность чёрной дыры служит каналом для передачи данных — фантазия на тему того, как квантовая запутанность могла бы связывать вселенные.