Представьте кулинарную книгу, которая переписывается от поколения к поколению. Однажды рецепт борща получает секретный ингредиент от кондитера — и с этого момента вкус помнит не только предков, но и соседа. В стандартной модели эволюции гены ведут себя так же. Гены — это инструкции для организма, своего рода молекулярные рецепты. Одни из них теряются по воле случая — это генетический дрейф, когда частота вариантов генов случайно меняется в популяции. Другие напрямую переходят между неродственными видами — это горизонтальный перенос генов, подобный тому, как повара обмениваются рецептами. Бактерии, например, обмениваются генами устойчивости к антибиотикам, мгновенно приобретая защиту. Но и наш собственный геном примерно на 8% состоит из вирусных фрагментов, полученных предками-приматами: древние ретровирусы встроили свой генетический материал в ДНК наших прародителей, и эти «подарки» закрепились в наследственности. Исследователи построили математическую модель, чтобы понять, как отличить такие переносы от случайных потерь генов. Моделируя эволюцию с постоянной скоростью переносов, они обнаружили: различить эти два процесса, анализируя лишь генные деревья, почти невозможно. Отпечатки, или энтропийные следы, того и другого процесса слишком похожи — хаотические потери и приобретения оставляют в геномах сходные статистические паттерны. Так эволюционное древо всё больше напоминает сборник рецептов, полный заимствований, где границы между ветвями размыты.