Планета WASP-121 b всегда повёрнута к своей звезде одним боком, как камень в костре. Дневная сторона раскалена до того, что привычный водород — тот самый, из которого состоит большая часть Вселенной — не выдерживает: его молекулы разрываются на отдельные атомы, а температура скачет вверх ногами: чем выше, тем горячее. Это ультрагорячий юпитер в 850 световых годах от нас. Астрономы навели на него инфракрасный спектрограф телескопа Джеймса Уэбба и проследили, как меняется свечение планеты по мере её движения по орбите.
Такие наблюдения называют фазовой кривой. Планета, обходя звезду, подставляет нам то яркий диск дня, то тёмный провал ночи, и в каждом положении её свет рассказывает свою историю. Сравнение с трёхмерными моделями показало сюрприз: планета излучает примерно на 12% меньше, чем предсказывали расчёты. Это не мелочь — похоже, что-то мешает ей впитывать и переизлучать жар звезды, и это «что-то» давно ставит учёных в тупик. Зато в движении атмосферы явно чувствуется мощный тормоз — словно невидимая рука придерживает ветры, не давая им разгоняться. А ночная сторона, куда не попадают прямые лучи, выглядит удивительно гладкой в спектре: никаких резких провалов, какие обычно оставляют газы. Лучшее объяснение — там, во тьме, собираются облака, и они затягивают всё, как плотная штора.
Но одна деталь не укладывается в картину. Для света с длиной волны короче 1,4 микрона чем сильнее мы смещаемся к голубому краю, тем дальше от нас убегает самая горячая точка планеты. Это не похоже на отражение от дневных облаков и не списывается на прозрачность атмосферы. Словно планета держит в рукаве ещё один фокус, который только предстоит разгадать. Так WASP-121 b напоминает, что даже раскалённый камень в костре может хранить тайны, невидимые с первого взгляда.
Год на WASP-121 b длится всего 30 земных часов — планета мчится вокруг звезды так близко, что её орбита уместилась бы внутри короны нашего Солнца.