Когда толпа врывается на стадион, в давке крики тонут в рёве — звук не пробивается наружу. Так же ведёт себя газ, падающий на чёрную дыру: разгоняясь до сверхзвуковых скоростей, он создаёт границу, откуда звук уже не выходит. Этот звуковой горизонт — аналог того рубежа, из-за которого не может уйти даже свет.
Но в отличие от простой картинки, поток межзвёздного газа не ровный — он бурлит завихрениями, как толпа, где люди напирают неравномерно. Эти порывы в плазме вращающегося диска заставляют звуковой барьер «дышать»: он смещается при каждом скачке плотности и температуры. Для сверхмассивной чёрной дыры в центре Млечного Пути радиус такого горизонта лежит чуть дальше двойного радиуса Шварцшильда (границы, откуда не уходит свет) — и этот рубеж пульсирует.
Такие модели превращают догадки в расчёты. Для нейтронных звёзд и чёрных дыр в искривлённом пространстве-времени эти пульсации, возможно, подскажут, как проверить идею Хокинга о квантовом излучении. А истоки лежат в работах по предельным массам звёзд, включая предел Чандрасекара.
Для сверхмассивной чёрной дыры в центре Млечного Пути звуковой горизонт находится всего на 6% дальше гравитационного – почти там же, откуда не выходит свет.