Предположение о том, что пространство де Ситтера описывается конечномерной квантовой системой, вместе с полуклассическими соображениями и принципами квантовой теории измерений приводит к неоднозначности любой теоретической модели такого пространства. Если наблюдаемая Вселенная асимптотически стремится к состоянию де Ситтера и при этом может быть вложена в последовательность моделей, сходящихся к непертурбативному пополнению единственной суперструнной модели в асимптотически плоском пространстве, то существует возможность построения точной математической модели. Однако даже самые исчерпывающие эксперименты, доступные локальным детекторам, способны измерить лишь малую долю от общего числа кубитов системы.
Вселенная — конечная книга. Её ускоренное расширение, питаемое тёмной энергией, скрепляет далёкие страницы, превращая их в недоступные главы. Ускоряющееся расширение очерчивает горизонт, как у чёрной дыры: что за ним — потеряно. Но квантовая природа текста ещё коварнее: чтение меняет буквы. Джон фон Нейман показал, что наблюдатель видит лишь отклик, а не оригинал.
Сколь бы изящной ни была модель Вселенной, проверить её целиком нельзя. Полный объём информации (её энтропия) велик, но конечен, и доступна лишь малая толика. Леонард Сасскинд и Юджин Вигнер выявили фундаментальные слепые пятна для любого наблюдателя. Неожиданный поворот: чем детальнее попытка описать искривлённое пространство-время, тем сильнее измерения искажают общую картину. Единого сюжета, который можно дочитать до финала, не существует.
🎯 Если Вселенная — книга с конечным числом страниц, её полная энтропия (мера неопределённости) подобна максимальному числу букв. Именно поэтому учёные говорят о «цифровом» следе реальности.
🎬 Метафора книги с недоступными главами родом из рассказа Борхеса «Вавилонская библиотека» — там герои ищут книгу-абсолют, обречённые на вечную неполноту.