Представьте пространство как податливый лист бумаги: гравитация — словно тяжёлый шар — продавливает его, заставляя линии сходиться к центру. Но если сгибать слишком сильно, бумага не складывается в бесконечно малую точку, а рвётся. Так и пространство при чудовищном искривлении не схлопывается в сингулярность, а образует рваный край — квантовую границу. Эта граница возникает из-за того, что на сверхмалых расстояниях, где сливаются идеи Ричарда Фейнмана о множественности путей (квантовых траекторий) и Макса Планка о порциях энергии (квантах), сама ткань реальности перестаёт быть гладкой. Чёрная дыра сжимает материю, но квантовые ограничители — своего рода «пружины» на микроуровне — не дают ей исчезнуть в бесконечно малой точке. Для дыры с массой Солнца этот барьер находится на радиусе около 10⁻²² метра — не нуль, а конечный размер.

Так искривление пространства на пределе оборачивается не сингулярностью, а тихим концом привычной геометрии. Никаких новых измерений — только известная физика, доведённая до логического завершения.