астрофизика

Физика часто напоминает строительство гигантского корабля — Вселенной. Инженеры-физики ещё не пришли к единому мнению о базовых чертежах.

В идеальный сейф спрятали крошечную монетку, но его стенки так тонки, что монетка иногда проходит сквозь них, оставляя едва уловимый звук. Аксионы — это и есть такие монетки, только вместо металла — частицы, а вместо сейфа — обычное вещество. Они почти не замечают преград, и поймать их напрямую чрезвычайно трудно.

Если сфотографировать одну и ту же гору на плёночный фотоаппарат и на современный смартфон, получатся разные изображения: где-то цвета ярче, где-то детали размыты. Так и с телескопами: каждый инструмент видит небо по-своему, добавляя к настоящему свету галактик собственные искажения — как фильтр, через который мы смотрим. Новая работа предлагает способ убрать этот «фильтр».

Три раздела физики — космология, физика частиц и ядерная физика — веками развивались как изолированные берега.

Часы на стене кухни тикают, и каждый их ход неумолимо уносит нас от завтрака к обеду. Это настолько привычно, что кажется законом природы — но физика говорит иначе. В уравнениях Эйнштейна время обратимо: киноплёнку можно прокрутить назад, и ни один кадр не выдаст подвоха.

Ночью астроном наводит телескоп на край видимой Вселенной и видит не звёзды, а рябь — отпечаток первых мгновений. Он знает, что эта рябь должна подчиняться статистике, как рост людей в толпе. Но толпа у него одна-единственная, и сравнить не с чем. Это и есть космическая дисперсия.