Магнитное поле в плазме подобно натянутой мыльной плёнке: внутреннее давление стремится её расширить, а поверхностное натяжение — стянуть, придавая устойчивую форму. В плазме эту роль исполняют магнитные силы: магнитное давление и магнитное натяжение уравновешивают друг друга, создавая хрупкое равновесие. Это равновесие описывает уравнение Грэда–Шафранова — фундаментальное соотношение, первоначально выведенное для токамаков, экспериментальных установок, где раскалённую плазму удерживают мощными магнитными полями, воспроизводя условия, близкие к звёздным недрам. Однако вскоре обнаружилось, что область его применимости гораздо шире: уравнению подчиняются магнитосферы нейтронных звёзд, короны Солнца и даже плазменные структуры в окрестностях чёрных дыр.

Проблема заключалась в том, что для каждого астрофизического объекта уравнение требовалось выводить заново, адаптируя его к специфическим условиям. Теперь учёные нашли обобщённую форму, работающую универсально. Для этого они применили аппарат дифференциальной геометрии — математики, оперирующей не числами, а линиями, поверхностями и их кривизной; такой переход подобен движению от отдельных нот к целостным аккордам. Чтобы получить описание конкретной системы, достаточно подставить в обобщённое уравнение соответствующие геометрические параметры. Самое поразительное: итоговая формула оказалась чисто геометрической. Она не зависит от конкретного типа плазмы или её физических свойств — словно универсальный чертёж, по которому природа штампует магнитные узоры в космических масштабах.