Поиск непрерывных гравитационных волн от вращающихся нейтронных звёзд, которые часто наблюдаются как пульсары, — одна из ключевых задач современной астрофизики. Ещё с открытия Джоселин Белл Бернелл в 1967 году эти объекты служат лабораториями экстремальной физики. Несмотря на многолетние усилия, слабые сигналы пока не обнаружены, но даже их отсутствие накладывает строгие ограничения на строение компактных объектов. Если внутри нейтронной звезды присутствует тёмная материя, её вклад в массу и распределение плотности может изменить излучаемые гравитационные волны, что открывает уникальную возможность зондировать тёмный сектор на масштабах отдельных звёзд.
Исследователи построили модель двухжидкостной нейтронной звезды, включающей барионную материю и фермионную самодействующую тёмную материю, захваченную при коллапсе прародителя в сверхновой или за время жизни звезды. Было рассчитано, как тёмная материя изменяет момент инерции и как анизотропное распределение создаёт «тёмные горы» — квадрупольную деформацию, излучающую непрерывные гравитационные волны. Затем теоретические предсказания сравнили с верхними пределами на амплитуду волн, полученными при анализе данных LIGO третьего сеанса наблюдений (O3). Этот подход, основанный на новаторских разработках Райнера Вайса и других, позволил впервые ограничить параметры самодействия тёмной материи.
Сравнение с данными O3 показало, что для тёмной материи с массами покоя в диапазоне 0,1–10 ГэВ и константами связи больше примерно 10^−5,5 (в наиболее оптимистичном сценарии с эллиптичностью 10^−7 и расстоянием 1 кпк) такие нейтронные звёзды были бы зарегистрированы, следовательно, эти области параметров исключены. При менее благоприятных предположениях (меньшая эллиптичность, большие расстояния) исключаются лишь связи сильнее 10^−4. Максимально допустимая эллиптичность от гравитационно-волновых наблюдений для звёзд с тёмной материей оказалась значительно жёстче, чем для обычных нейтронных звёзд, из-за увеличившегося момента инерции.
Работа впервые демонстрирует, что поиск непрерывных гравитационных волн может служить прямым методом проверки гипотез о тёмной материи на масштабах отдельных нейтронных звёзд. Это дополняет традиционные астрофизические ограничения, такие как наблюдения скоплений галактик, начатые Фрицем Цвикки ещё в 1930-х годах.
С вводом в строй детекторов следующего поколения, таких как Einstein Telescope и Cosmic Explorer, возможности зондирования тёмной материи через непрерывные гравитационные волны многократно возрастут. Проектные чувствительности позволят проверять модели с константами связи до 10^−6 для нейтронных звёзд на расстояниях около 10 кпк, что кардинально расширит исследуемое пространство параметров.
Результаты окажут влияние на физику частиц тёмной материи, ядерную астрофизику нейтронных звёзд и гравитационно-волновую астрономию.
Ближайшие шаги включают учёт данных четвёртого наблюдательного сеанса LIGO–Virgo–KAGRA и усовершенствование моделей захвата тёмной материи в нейтронные звёзды с учётом реалистичных уравнений состояния.
Данное исследование затрагивает фундаментальные вопросы о природе тёмной материи и уравнении состояния нейтронных звёзд, а также о механизмах образования квадрупольных деформаций. Оно вносит вклад в решение проблемы отсутствия детектирования непрерывных гравитационных волн.
🎯 Если бы «тёмная гора» на нейтронной звезде была видна, она оказалась бы бугорком высотой менее миллиметра, но содержащим массу, сравнимую с Гималаями.