Воздушный шар надувают, но с каждым нажатием насоса резина не просто растягивается — она слегка меняет свою эластичность. Похожим образом работает гравитация в новой модели: не как жёсткая сцена для космического спектакля, а как живой материал, отзывающийся на каждую крупицу вещества.
В привычной космологии тёмная энергия — это отдельный ингредиент, заставляющий Вселенную расширяться всё быстрее. Здесь же ускорение возникает само собой. Связь между геометрией пространства (его «не-метричностью», то есть способностью менять длины и углы при переносе тел) и материей делает расширение неравномерным. Авторы проверили эту идею на трёх независимых линейках. Первая — барионные акустические осцилляции: застывшие звуковые волны ранней Вселенной, которые сегодня видны как предпочтительное расстояние между галактиками. Оно составляет около 490 миллионов световых лет — словно эхо Большого взрыва застыло гигантской гребёнкой. Вторая линейка — «космические хронометры», старые звёзды, чей возраст известен почти как у музейных экспонатов. Третья — гравитационно-волновые стандартные сирены, слияния нейтронных звёзд, расстояние до которых измеряют по дрожи пространства, а не по свету.
Расчёты с этими данными показали, что модель не просто не хуже общепринятой ΛCDM, а в некоторых деталях даже точнее описывает переход от замедленного расширения к ускоренному. Этот переход случился около 6 миллиардов лет назад. Параметр уравнения состояния — величина, показывающая, как «давит» расширение — получился близким к минус единице, но слегка гуляющим со временем. Словно маятник, который никак не замрёт в одной точке. Такое поведение напоминает квинтэссенцию — гипотетическое поле, которое не постоянно, а медленно эволюционирует.
Такой подход не отменяет тёмную энергию, а встраивает её в саму ткань гравитации. Будто резина воздушного шара сама решает, когда растягиваться быстрее. Возможно, загадка ускорения Вселенной скрывается не в новом веществе, а в нашем неполном понимании старой знакомой — гравитации.
как её написали авторы, на английском arXiv:2604.23793
We perform a comprehensive investigation of the early-to-late time cosmic evolution within the framework of $$f(Q,L_m)$$ gravity, characterized by a non-minimal coupling between non-metricity and matter. The model is further tested against a combined set of observational data, including DESI DR2 BAO, previous BAO measurements, cosmic chronometers (CC), and gravitational-wave (GW) standard sirens, using a Markov Chain Monte Carlo (MCMC) approach. Further by incorporating the Big Bang Nucleosynthesis (BBN) freeze-out constraint, we place stringent limits on the model parameters, ensuring consistency with early-Universe physics. The resulting constraints exhibit strong agreement with observations, with the model successfully describing the transition from decelerated to accelerated expansion. The evolution of the effective equation-of-state parameter, together with statefinder diagnostics and energy conditions, reveals a quintessence-like nature and confirms the physical viability of the model. Overall, the $$f(Q,L_m)$$ framework emerges as a viable alternative to $$\Lambda$$CDM, closely reproducing its predictions while allowing controlled deviations in the expansion history.
Барионные акустические осцилляции — это звук Большого взрыва, застывший в распределении галактик. Длина волны этого звука — около 150 мегапарсек — служит «стандартной линейкой» для измерения космологических расстояний.
В романе «Конец вечности» Айзека Азимова изменение фундаментальных законов реальности приводит к непредсказуемым последствиям для всей истории человечества — похоже на то, как модификация гравитации способна переписать судьбу Вселенной.