Колокол звенит не от удара, а от мимолётной дрожи пространства. Гравитационная волна — рябь в ткани пространства-времени, подобная кругам на пруду, — проходя сквозь массивный магнит, вызывает его микроскопическую деформацию. Эту деформацию можно преобразовать в электрический сигнал. Однако обычный магнит с однородным полем действует как микрофон, улавливающий лишь самый громкий крик: его чувствительность ограничена. Авторы работы предлагают настроить «уши» иначе: использовать массив Хальбаха — особую конфигурацию постоянных магнитов, в которой магнитное поле с одной стороны многократно усиливается, а с другой почти полностью исчезает.

Такой магнит ведёт себя подобно пружинному камертону: получив короткий гравитационно-волновой толчок, он продолжает колебаться на собственной резонансной частоте. Учёные регистрируют именно этот затухающий звон — рингдаун (от англ. ringdown) — анализируя слабые электрические сигналы, возникающие при колебаниях намагниченного тела. С современной техникой, как показывают расчёты, можно достичь чувствительности около 10⁻²¹ 1/√Гц на частотах порядка 10 килогерц. Аналогия: это сравнимо с тем, чтобы расслышать падение снежинки на другом конце города, в то время как вокруг гудят автомобили.

При широкополосном поиске на более высоких частотах чувствительность пока скромнее — около 5·10⁻²⁰ 1/√Гц. Но авторы намечают путь к улучшению на два-три порядка, вплоть до 10⁻²³ 1/√Гц. Для этого понадобятся более тихие усилители и охлаждение, но без фантастических прорывов.

Так магнитный брусок превращается в чуткий сейсмограф для ткани пространства-времени. Там, где лазерные лучи бессильны, может зазвучать железо.