электрический сигнал

Сверхпроводящий детектор обычно работает как честная линейка: поглотил фотон — выдал импульс, амплитуда которого строго пропорциональна энергии. Такой режим удобен, но у него есть потолок: слабый сигнал легко теряется в шуме усилителя. Теперь представим качели.

Регистрировать свет по одному фотону — всё равно что расслышать шёпот в грохочущем цехе. Камера с электронным умножением (EMCCD — Electron Multiplying Charge-Coupled Device) умеет именно это: единственный фотон, попавший в пиксель, она превращает в лавину электронов, которую уже можно измерить.

Капля воды на стекле дрожит и переливается — кажется, она живёт своей жизнью. Похожее поведение теперь можно увидеть в мире коллоидов — микроскопических частиц, взвешенных в жидкости. Исследователи смоделировали на компьютере частицы, которые выделяют химические сигналы. Эти сигналы, подобно запахам в воздухе, распространяются вокруг и заставляют соседей либо сближаться, либо отдаляться.

Звук в твёрдом теле — это волны сжатия и растяжения, бегущие по атомам, как рябь по пружинному матрасу. Если расставить препятствия с нужным шагом, волны на определённых частотах не смогут пройти — отразятся назад. Такую периодическую структуру называют фононным кристаллом, и она работает для звука так же, как многослойное зеркало для света.

Если бросить камень в пруд, по воде пойдут круги. В крошечном магнитном кристалле тоже бывают волны — только колеблется не вода, а направление намагниченности. Такие волны называют спиновыми. Они бегут по кристаллу, как рябь по поверхности, и могут переносить информацию. Физики взяли пластинку из иттриевого феррита-граната — это прозрачный оранжевый кристалл, который любят за чистоту магнитных колебаний.

Термос с жидким ксеноном, охлаждённый до минус ста градусов. Внутри — чувствительные датчики, которые ловят редкие сигналы от частиц тёмной материи. Чтобы вывести эти сигналы наружу, обычно используют медные кабели. Но на длинном пути сигнал слабеет, а соседние кабели начинают «перешёптываться» — это называют перекрёстными помехами.

В кристалле кремния атом фосфора держит лишний электрон на двух очень близких орбитах. Эти орбиты похожи на два соседних этажа в доме, где лестница почти незаметна. Короткий лазерный импульс в среднем инфракрасном диапазоне толкает электрон с нижнего этажа на верхний, и тот начинает качаться между ними, как маятник.

Каждое движение мысли оставляет след — слабый электрический всплеск на коже головы. Прибор с десятками проводов, похожий на шапочку для плавания, ловит эти следы и превращает их в волнистые линии. По ним можно догадаться, что человек чувствует, даже если он молчит. В новой работе три компьютерные программы соревновались, кто точнее прочитает такие линии и определит: настроение плохое, спокойное или хорошее.

Обычный сверхпроводник работает только в морозильной камере природы — при температурах ниже минус ста градусов. Материал из углеродных шариков K₃C₆₀ не исключение: без холода он сопротивляется току, как толпа в узком коридоре. Но физики заметили странную вещь: если посветить на него лазером, он начинает проводить ток без потерь даже в тепле.

Магнитный резонанс — это как камертон, который звенит только на своей ноте. У каждой молекулы своя частота, и по ней можно узнать, что это за молекула и в каком она состоянии. Но раньше этот камертон слушали через толстую стену: сигнал получался размытым, и точную ноту было не разобрать.

Гравитация может выступить в роли невидимого фотографа, фиксирующего электромагнитные события. Представьте: кусок металла падает, и внутри него, согласно работам Альберта Эйнштейна и Джеймса Максвелла, рождается электрическое поле.