Гравитационные волны обнажили бездну: чёрные дыры с массами между 60 и 120 Солнц почти не рождаются. Такую пропасть выбивают сверхновые парной нестабильности — взрывы, которые не оставляют от звезды даже пылинки. Окажется ли звезда в пропасти или уцелеет на краю, решает реакция углерода с гелием, управляющая составом ядра.

Этот процесс идёт неторопливо: даже крошечное ускорение — и весь углерод превратился бы в кислород, лишив Вселенную жизни. Фред Хойл первым понял, что реакция настроена предельно точно, иначе углерода было бы в сотни раз меньше. Новые данные сузили возможные скорости почти вдвое. Оказалось, что край пропасти лежит дальше, чем думали: самые лёгкие обычные чёрные дыры начинаются с 61–75 солнечных масс. Сдвиг всего на пару процентов — и граница улетает на десятки масс.