Проблема тёмной материи остаётся одной из главных в современной астрофизике. Стивен Хокинг предположил, что тёмная материя может состоять из первичных чёрных дыр (ПЧД), возникших в ранней Вселенной. Особенно интересен диапазон масс астероидов (10^17–10^23 г), где ограничения слабы. Захват таких ПЧД звёздами, в том числе красными карликами, открывает новый способ их обнаружения. Временные масштабы оцениваются в единицах хаббловского времени, открытого Эдвином Хабблом.
Для анализа авторы использовали комбинацию аналитики, модели звёздной эволюции и трёхмерных симуляций. Ещё в середине XX века Субраманьян Чандрасекар разработал теорию динамического трения, которая здесь применяется для расчёта торможения ПЧД в звезде. Взаимодействие с планетой-гигантом (экзопланетой) позволяет эффективно захватывать ПЧД. Моделирование охватывает весь цикл, включая возможный взрыв, подобный сверхновой (но без радиоактивного хвоста), и генерацию гравитационных волн при слияниях остатков, что может регистрироваться LIGO.
Захват эффективен только при участии третьего тела — например, планеты-гиганта. Для звезды солнечного типа с аналогом Юпитера критическая масса ПЧД для инспирала за время жизни — около 10^22 г. В ядре ПЧД растёт через квазисферическую аккрецию Бонди с низкой эффективностью. Если до поглощения звезды набирается достаточный угловой момент, формируется диск. Этот переход происходит при массе ПЧД 0.01–1 M⊙, причём спин достигает a* ≈ 0.8. Тогда запускаются джеты и ветры, разрушающие звезду за минуты. Моделирование методом Монте-Карло показывает, что примерно у половины систем реализуется взрывной сценарий, у остальных — тихое поглощение. Взрывные события могут давать вспышки в рентгене/гамма, ультрафиолетовый пик на временах ~1 день и радио-послесвечение. Возможная мощность джета до 10^50 эрг/с. Эти взрывы могут быть похожи на маломощные гамма-всплески. Также предсказываются гравитационно-волновые сигналы от слияний субзвёздных чёрных дыр — потенциальная цель для LIGO.
Результаты показывают, что звёзды с ПЧД внутри эволюционируют не монотонно, а могут завершиться ярким транзиентом, что даёт новый класс предсказаний для наблюдательной астрофизики. Это связывает физику тёмной материи, астрофизику высоких энергий и гравитационно-волновую астрономию.
Будущие исследования должны детально рассчитать кривые блеска и спектры таких взрывов, а также уточнить темпы захвата с учётом реалистичных распределений планетных систем. Важно изучить, как часто джеты остаются ультрарелятивистскими и пробивают оболочку.
Открытие повлияет на поиск тёмной материи, интерпретацию редких транзиентов (типа маломощных GRB) и гравитационно-волновые обзоры, такие как LIGO.
Следующие шаги включают моделирование распространения джетов в оболочках звёзд, расчёт популяционных темпов с учётом функции масс ПЧД и поиск кандидатов в архивных данных транзиентов.
Работа напрямую связана с нерешёнными вопросами: природа тёмной материи, механизмы взрывов звёзд с коллапсом ядра и происхождение чёрных дыр промежуточных масс.
🎯 Если бы в центре Солнца оказалась первичная чёрная дыра массой 10^16 г, она бы росла настолько медленно, что достигла бы стадии диска только через 10 миллиардов лет — примерно столько же, сколько уже прожило наше светило. Так что наше Солнце могло бы быть «звездой Хокинга» без видимых последствий... пока.
🎬 Идея звезды, пожираемой изнутри микроскопической чёрной дырой, перекликается с романом Артура Кларка «Свидание с Рамой», где инопланетный артефакт использует чёрную дыру как источник энергии. В фильме «Звёздный путь» (2009) красная материя создаёт чёрные дыры внутри планет, вызывая их коллапс.