торий

В 40 световых годах от нас живёт звезда, которую долго не замечали: TRAPPIST-1 отдаёт в космос в две тысячи раз меньше света, чем Солнце. Зато у неё нашлись сразу семь планет размером с Землю — и три из них кружат в зоне, где вода могла бы оставаться жидкой. Но о самой звезде, о её химической кухне, до сих пор знали мало.

Маятник в этих часах качается не от пружины или гири, а от крошечного толчка внутри атомного ядра. Обычные атомные часы отсчитывают время по колебаниям электронов, но здесь маятником служит само ядро — плотный шарик из протонов и нейтронов. У тория-229 есть особый ядерный переход — изменение энергетического состояния ядра, — который можно «завести» светом.

Лишний электрон в молекуле похож на пассажира, который едва держится на подножке уходящего поезда. Такой «пассажир» превращает частицу в анион — отрицательно заряженный ион. Изучать его трудно: связь слабая, электронное облако размыто, и любой толчок может сорвать электрон прочь.

Река раздваивается. Один рукав — широкий и быстрый, вода в нём течёт плавно, но с повышением температуры течение замедляется: появляются водовороты и волны. Второй рукав — узкий, с порогами, где вода перепрыгивает с камня на камень. Этот поток, наоборот, с прогревом становится живее.

Самые точные современные часы — атомные — отсчитывают время по переходам электронов между энергетическими уровнями. Однако их ход можно нарушить: подобно тому, как тряска сбивает ритм механического маятника, внешние поля влияют на электронные оболочки. Физики нашли более стабильный осциллятор — атомное ядро.

Лазерный луч, по мощности сопоставимый с шёпотом света, перевёл ядро тория-229 в возбуждённое состояние с более высокой энергией.

Глубоко под ногами, в толще планеты, идёт медленный распад радиоактивных элементов. При этом рождаются крошечные частицы — геонейтрино. Они проходят сквозь земную кору, мантию и ядро, почти ни с чем не взаимодействуя. Но если поймать хотя бы несколько таких частиц, можно узнать, из чего именно сложены недра Земли — сколько там калия, урана или тория. Это как слушать шёпот из глубин.

Атомное ядро обычно живёт по своим законам: его распад не зависит от температуры, давления или соседей по молекуле. Но у изотопа урана-235m есть удивительное исключение. Это ядро находится в возбуждённом состоянии, как туго натянутая пружина, и рано или поздно высвобождает лишнюю энергию.

В 2017 году в индийской деревне Мукхундпура упал камень с неба. Это был редкий углистый метеорит — кусок древнего космического материала, который хранит в себе следы рождения Солнечной системы. Местные жители быстро собрали осколки, и они попали в лабораторию.

Множество атомов способны действовать подобно слаженному оркестру: когда каждый атом излучает свет в унисон с остальными, результирующая вспышка оказывается многократно ярче, чем сумма отдельных излучений. Это явление, известное как сверхизлучение, детально исследовано в лабораторных условиях, однако в космическом пространстве его почти не искали.

Магнитный материал можно сравнить с толпой крошечных компасов. В обычном магните все стрелки смотрят в одну сторону, и повернуть их разом непросто. Физики нашли способ делать это с помощью электрического тока. Ток, проходя через тонкий слой хрома, создаёт поток орбитальных моментов — это как если бы каждый электрон, помимо своего заряда, нёс ещё и крошечное вращение вокруг атома.

Кусочек хрома на воздухе за минуту покрывается невидимой бронёй — оксидной плёнкой. Она защищает металл от ржавчины, но для батареи это беда: плёнка не пропускает ионы хрома, и ток не идёт. Учёные смешали пять металлов — хром, висмут, медь, олово и никель. Получился сплав, в котором при окислении образуется не сплошная броня, а мозаика из разных оксидов.

Крошечные магнитные стрелки внутри кристалла тербий-иридиевого оксида ведут себя странно: вместо того чтобы лечь вдоль своей любимой оси, они встают поперёк. Такое состояние полностью формируется при охлаждении до 1,5 Кельвина — это холоднее, чем в открытом космосе. Исследователи просветили кристалл нейтронами и увидели, как эти перевёрнутые стрелки колеблются и обмениваются энергией.

Второй зарегистрированный межзвёздный объект, комета 3I/ATLAS, демонстрирует аномальное свечение. Причина — в её ядре, где ржавеют микроскопические металлические крупицы.

Обычные атомные часы — это, по сути, оптический счётчик: они используют спектроскопию — метод, позволяющий с высокой точностью измерять частоту излучения при переходах электронов между энергетическими уровнями.

В потоке заряженных частиц, летящих к нам из глубин Галактики, железо оказалось белой вороной. Прибор ATIC-2, поднятый на воздушном шаре над Антарктидой, сравнил, как меняется с энергией доля ядер от серы до хрома относительно железа. До энергии примерно 80 ГэВ на нуклон всё шло как по учебнику: чем выше энергия, тем меньше тяжёлых ядер по сравнению с железом.