Свет течёт без трения: три способа измерить предел
В парижской лаборатории свет заставили обтекать преграду, как вода обтекает камень в ручье. Только вода здесь особенная: она не чувствует трения.
Как поток крови лепит тромб
В садовом шланге появилась протечка. Вы заклеиваете дырку пластырем, но вода давит всё сильнее — и рано или поздно заплатка слетает. Примерно так же ведёт себя растущий тромб в кровеносном сосуде.
При повреждении стенки сосуда в бой идут крошечные кровяные пластинки — тромбоциты.
Как измерить хаос в системе, не зная её правил
Оживлённый перекрёсток без светофора. Машины едут, тормозят, перестраиваются — и со стороны кажется, что царит полный хаос. Но если понаблюдать подольше, можно заметить ритм: поток то густеет, то редеет. В физике такой ритм беспорядка называют энтропией — она показывает, насколько система далека от спокойного равновесия, как вода в закипающем чайнике.
ЯМР-радар для молекул-невидимок
Многие химические превращения напоминают сборку мебели в полной темноте: видны исходные детали и готовый шкаф, но сама сборка остаётся загадкой. Промежуточные состояния — словно неудачные положения рук мастера — исчезают слишком быстро, чтобы их разглядеть.
Пузырьки против трения: как воздух ускоряет корабли
Корабль, скользящий по воде, постоянно трётся о неё, как ладонь о шершавую поверхность. Это трение съедает топливо и замедляет ход. Один из способов уменьшить его — пустить под днище воздух: вода перестаёт прилипать к корпусу, и сопротивление падает. Но воздух ведёт себя капризно: иногда помогает, а иногда мешает.
Солнечный ветер: быстрые потоки внутри медленных
Корона Солнца похожа на лохматый одуванчик: яркие лепестки-петли удерживают горячий газ у поверхности, а между ними в космос уходят длинные разреженные струи. Эти струи — гелиосферный токовый слой — тянутся через всю Солнечную систему. Но как именно плазма переходит из замкнутых петель в открытый поток, оставалось загадкой.
Пульс мозга разносит лекарства
В щелях между клетками мозга течёт жидкость. Она не стоит на месте: каждый удар сердца толкает её вперёд, а дыхание добавляет свои волны. Десять лет назад это увидели на снимках, но только теперь подсчитали, как такая пульсация разгоняет молекулы.
Если капнуть чернила в ручей, они поплывут по течению. А если ручей то ускоряется, то замедляется, чернила размазываются шире.
Турбулентность: почему измерения энергии не так просты
Когда вода бурлит за кормой лодки, энергия движения переходит в тепло через каскад вихрей. Измерить, как быстро это происходит, напрямую сложно: нужно следить за всеми вихрями сразу. Поэтому учёные используют упрощение — смотрят только на одну компоненту скорости в одной точке. Классическая формула связывает квадрат этой компоненты с общей скоростью диссипации энергии.
Как ультразвук разбрасывает частицы
В стакане с водой ультразвук рождает крошечные пузырьки. Они то растут, то сжимаются, а иногда резко схлопываются, как лопающийся мыльный пузырь, только в тысячи раз быстрее. Рядом с такими пузырьками плавают мелкие частицы — например, шарики никеля размером с пылинку. Пузырёк при каждом движении толкает их, как пловец, который бьёт по воде и разгоняет вокруг себя волны.
Падающая тарелка без сверхкомпьютера
Лист бумаги, выпущенный из окна, порхает, кувыркается, иногда на секунду замирает плашмя. До сих пор, чтобы честно предсказать такое, приходилось гонять на суперкомпьютерах миллионы уравнений для каждой капли воздуха. Это всё равно что для подсчёта сдачи в магазине моделировать каждый атом кассы.
Новый подход поступает хитрее.