исходящее длинноволновое излучение

Обычный фонарь излучает свет во все стороны, и уже через пару десятков метров его луч ослабевает настолько, что едва освещает стену. Атмосфера рассеивает фотоны, а ветер и тепловые потоки дополнительно искажают волновой фронт. Но если проложить для света невидимую трубу прямо в воздухе, луч пойдёт по ней, как вода по шлангу.

Десять миллиардов лет назад Вселенная была усеяна странными алыми искрами. Телескоп «Джеймс Уэбб» разглядел их на снимках далёких красных смещениях — компактные источники, светящиеся как целые галактики, но размером с крошечную область в их центре. Астрономы прозвали их «маленькими красными точками».

Мозаика из крупных цветных плиток. Каждая плитка — это среднее количество осадков за целый месяц на территории размером с небольшую страну. Для общего понимания картина годится, но если нужно узнать, прошёл ли вчера ливень над конкретным городом, — бесполезна.

Вокруг каждой галактики есть невидимая оболочка из горячего газа — как пар над кастрюлей с кипящей водой. Этот газ почти не светится в рентгеновских лучах, поэтому его очень трудно измерить. Но именно в нём хранится память о взрывах звёзд и о том, как галактика росла. Новый метод использует свет от яркого центра галактики.

Восемь лет подряд два разных способа измерить температуру солнечной короны дают разные ответы. Один прибор — радиотелескоп в Нансе — видит 600 тысяч градусов. Другой подход — расчёт по тому, как газ распределяется по высоте, — требует 1,5 миллиона. Оба смотрят на одни и те же электроны, но расходятся в 2,4 раза.

Солнечная корона — внешняя атмосфера Солнца — простирается на миллионы километров, но увидеть её можно лишь во время полного затмения или с помощью специальных приборов. Обычно о плотности короны судят по тому, как она рассеивает белый свет, но этот способ опирается на упрощения, которые могут искажать результат.

Солнечная вспышка — как взрыв в атмосфере звезды: за минуты выделяется энергия, сравнимая с миллиардами ядерных бомб. 4 мая 2022 года радиотелескоп РТ-7.5 в Москве следил за вспышкой класса M5.7. Прибор ловил миллиметровые радиоволны — те, что короче сантиметра и невидимы глазу.

В центре почти каждой крупной галактики прячется чёрная дыра. Когда она поглощает газ, то выбрасывает обратно мощные потоки — как дракон, который не может проглотить всю добычу и выдыхает пламя. Эти «ветры» разгоняются до тысяч километров в секунду и могут разметать запасы газа, из которого рождаются звёзды.

Один и тот же взрыв может звучать по-разному — всё зависит от того, куда дует ветер. В 2024 году исследователи дважды подорвали заряды, равные по силе десяти тоннам тротила, и записали звук сетью из 31 микрофона, расставленных в радиусе 23 километров. Источник был одинаковым, но звуковые картины получились совсем разными.

В потоке заряженных частиц, который непрерывно дует от Солнца, иногда возникают радиовсплески — короткие мощные сигналы на частоте, которую можно услышать в обычном радиоприёмнике. До сих пор было неясно, как именно в этом потоке рождаются такие сигналы. Теперь приборы на космическом аппарате Solar Orbiter впервые увидели весь процесс своими глазами.

Духовка с тремя полками, на которых пекутся разные блюда, — вот образ, который приходит на ум при взгляде на галактику I Zw 18. Верхняя полка раскалена до 21 200 кельвинов, средняя — до 17 290, а нижняя — до 16 170.

Любой прибор — от тостера до смартфона — нагревается при работе. Это неизбежное следствие преобразования энергии: всегда остаётся тепловой след, подобный горячей конфорке после приготовления пищи.

В 1976 году канадский физик Билл Унру задал простой вопрос: что видит наблюдатель, который разгоняется в пустоте? Ответ оказался странным: пустота перестаёт быть пустой. Ускоряющийся наблюдатель купается в тепловом излучении с температурой, пропорциональной ускорению.