пик

Представьте, что вы ищете светлячков в тёмном лесу. Вместо того чтобы фотографировать весь лес каждую секунду и потом разбирать снимки, вы носите с собой компактное устройство, которое само замечает вспышки и вырезает из кадра лишь небольшой кружок вокруг каждой. Остальное — чернота — не сохраняется. Именно так работает новый датчик для научных камер.

Самый массовый строительный материал на планете — бетон — хранит свои главные секреты на нанометровых масштабах. Его прочность и склонность к медленному течению под нагрузкой определяются микроскопическим гелем кальций-силикатного гидрата (C-S-H), чья структура хаотична, словно застывший вихрь атомов.

Тайна главного излома в спектре галактических космических лучей — колена при 3 ПэВ — хранилась почти век. Ещё в 1930-х Фриц Цвикки предположил, что частицы разгоняются ударными волнами сверхновых, но лишь точные данные наших дней позволили заглянуть за кулисы.

Когда электрический заряд движется с ускорением, он испускает электромагнитное излучение, то есть свет — это привычное явление в физике. Однако исследователи обнаружили, что при движении по специально подобранной траектории излучение приобретает необычные свойства.

Басовая струна, которую дёрнули в момент Большого взрыва, не просто гудит на одной ноте — по ней бегут волны, и время от времени от неё отрываются крошечные колечки-петли. Эти петли, словно камертоны, начинают звенеть на собственной частоте, создавая очень высокий звук. В масштабах Вселенной «звук» — это рябь на ткани пространства-времени, которую называют гравитационными волнами.

Спектр — это как фотография внутреннего устройства вещества, сделанная светом. Когда луч проходит сквозь образец или отражается от него, молекулы оставляют на этой фотографии характерные тёмные полосы — пики. Но если снимок засвечен или покрыт серой пеленой, разглядеть детали почти невозможно.

Когда размешиваешь чай ложкой, видно, как большие водовороты постепенно распадаются на всё более мелкие, пока движение не затихнет. Физики называют этот процесс затухающей турбулентностью. В нём есть два важных момента: пик самых мелких вихрей (их много, и они быстро крутятся) и пик потерь энергии на трение, когда жидкость сильнее всего тормозится.

В 2019 году телескоп Event Horizon подарил человечеству первое изображение тени чёрной дыры. С тех пор астрофизики мечтают о большем: увидеть, как вещество движется в самой воронке пространства-времени. Одна из загадок — хаос. Теория предсказывает, что орбиты частиц у чёрной дыры могут быть регулярными, как сердцебиение, или хаотическими, как шум.

Словно гонщики на длинной дистанции, ядра атомов — от лёгкого гелия до тяжёлого железа — мчатся к нам через всю Галактику. На финише, в детекторе на высотном аэростате, видно: тяжёлые ядра приходят чуть более вымотанными, чем лёгкие. Разница небольшая, но она повторяется от запуска к запуску.

Воздушный шар ATIC поднялся над Антарктидой и поймал частицы, которые старше самой Земли. Среди них — ядра атомов от серы до хрома, и чем выше их энергия, тем больше их доля по сравнению с железом. Стандартная модель «дырявого ящика» предсказывала обратное: тяжёлые ядра должны были растворяться, как соль в воде. Но данные упрямо росли.

Высоко над Антарктидой воздушный шар поднял прибор, который ловил электроны из космоса. Эти частицы прилетают от далёких взрывов звёзд и других мощных событий. Прибор измерял их энергию — как силу удара. И вот в одном диапазоне энергий ударов оказалось больше, чем предсказывали расчёты. Первый анализ данных показал широкий горб на графике: будто в потоке частиц появилась лишняя струя.