выделение энергии

Агония одинокой чёрной дыры длится вечность. Но в последние мгновения, когда масса испаряется по закону, открытому Хокингом, она успевает послать радиопрощальный сигнал. Не квантовый шёпот, а классический гул — если только рядом есть магнитное поле.

В тишине холодных молекулярных облаков, где межзвёздный газ под действием гравитации сжимается в плотные сгустки, рождение массивных звёзд — одна из главных загадок астрофизики. Казалось бы, мощное излучение новорождённого гиганта должно разметать окружающее вещество, прекращая его рост.

Блазары — это долгоживущие струи плазмы, вырывающиеся из окрестностей чёрных дыр в ядрах галактик. Гамма-всплески — кратчайшие, но невероятно мощные вспышки, рождающиеся при коллапсе массивных сверхновых или слиянии нейтронных звёзд.

Ударная волна вырывается с поверхности звезды — и на краткий миг рождается ослепительная вспышка ультрафиолета и рентгена. Именно такое событие, получившее имя EP260321a, заметил космический телескоп «Эйнштейн» в марте 2026 года. До Земли свет шёл около 450 миллионов лет.

Массивная звезда заканчивает жизнь грандиозным обвалом: ядро сжимается в нейтронную звезду или чёрную дыру, а внешние слои разлетаются ослепительной сверхновой.

Когда много возбуждённых атомов собраны вместе, они часто выстреливают светом согласованно — как толпа, которая аплодирует в такт. Это давно известное явление называется сверхизлучением Дике. Но авторы новой работы задались вопросом: что будет, если атомы не одинаковы и каждый ощущает своих соседей?

Поток раскалённого газа мчится от звезды — и вдруг глохнет, словно налетев на невидимую стену. Именно это увидели исследователи, когда попробовали воспроизвести звёздный выброс в лабораторном масштабе. Они взяли лазер, создали струю плазмы и пустили её через магнитное поле — сначала слабое, а потом сильное, как у многих звёзд.

Массивные звёзды завершают жизненный цикл колоссальным взрывом, который Фриц Цвикки назвал сверхновой. В эпицентре ядро коллапсирует в сверхплотный остаток — чёрную дыру или нейтронную звезду.

Когда на звезде вспыхивает яркое пятно, астрономы хотят понять, сколько энергии ушло в космос. Раньше они представляли вспышку как растущий костёр: площадь огня увеличивается, а жар остаётся одним и тем же. Так было проще считать, но реальность оказалась иной.

Квазар — это сверхмассивная чёрная дыра в центре галактики, которая пожирает вещество и светится ярче всех звёзд вокруг. Часть энергии уходит в радиоизлучение, и оно, как считалось, может разогревать или выбрасывать холодный газ — сырьё для новых звёзд. Астрономы решили проверить, как сила радиоизлучения связана с запасами этого газа.

Красный карлик V374 Пегаса — звезда размером с треть Солнца, но с характером вулкана. Каждые несколько часов с её поверхности срываются гигантские сгустки плазмы — как пузыри пара из кипящего котла. Эти выбросы, называемые протуберанцами, улетают в космос и создают всплески радиоволн.

Когда облако атомов охлаждают до сверхнизких температур, они способны входить в единое квантовое состояние, действуя как согласованный ансамбль. Если в таком облаке рождается нейтрино — почти не взаимодействующая с веществом частица-призрак, — оно обычно ускользает незаметно.

9 октября 2022 года земные детекторы зафиксировали гамма-всплеск невиданной силы. GRB 221009A оказался настолько ярким, что его излучение ионизировало верхние слои ионосферы, а спутниковые приборы временно ослепли.

В тихой гавани Местного пузыря — разреженной полости горячего газа вокруг Солнца — недавно прогремел взрыв. Сверхновая вспыхнула в десятках парсек от нас, и её эхо до сих пор гуляет по окрестностям, меняя картину космических лучей. Долгое время считалось, что поток частиц из Галактики однороден, как свет от множества далёких фонарей.