локализация, индуцированная беспорядком

Слоистые полимеры похожи на многоэтажный дом, где каждый этаж окрашен в свой цвет, а между этажами иногда возникают трещины. Эти трещины и есть дислокационные пары — нарушения периодичности, которые портят материал. Инженеры давно ищут способ управлять такими дефектами, не перестраивая весь дом целиком.

В кристаллах нас завораживает идеальный пространственный порядок: атомы замерли в узлах решётки, как бусины на невидимой нити. Но что, если такая же симметрия проявится во времени? Временные кристаллы — это системы, которые без внешней подсказки начинают циклически повторять свои состояния, словно часы, заведённые самой природой. Внутри этого неутомимого ритма, казалось бы, нет места беспорядку.

Физики реализовали трёхмерную андерсоновскую локализацию электромагнитных волн — явление, при котором волны навсегда запутываются в случайном лабиринте из металлических частиц и перестают распространяться.

Кристалл похож на строй солдат на плацу: каждый атом на своём месте, и электроны маршируют по нему ровными волнами. Аморфный материал — это толпа на вокзале, где никакого порядка нет, одна сплошная толчея. В такой толпе электрон обычно быстро застревает, словно человек, пытающийся пройти сквозь плотную массу людей.

В диске из газа и пыли вокруг молодой звезды частицы пыли ведут себя как песчинки в потоке воды: газ течёт быстрее, пыль отстаёт, и между ними возникает трение. Это трение способно раскачивать магнитные волны, которые бегут по диску. Галактика полна таких дисков — именно в них рождаются планеты.

В сильном магнитном поле электроны, запертые в тонком слое, иногда выстраиваются в ровный узор — как гости на многолюдной вечеринке, которые нашли место, где никто не толкается. Такой порядок называют кристаллом, хотя это не лёд и не соль, а сами электроны, замершие на своих местах. Раньше этот узор лишь предполагали, а теперь его впервые разглядели напрямую.

Свет, проходя через мутную среду — например, стакан с молоком или матовое стекло, — рассеивается во все стороны. Но иногда вместо того, чтобы разбежаться, он застревает в крошечных «карманах» внутри материала. Эти карманы физики называют локализованными модами: свет в них словно попадает в ловушку и не может выбраться наружу.

Частица блуждает в среде, где расставлены препятствия. Иногда она толкает их перед собой, как снегоуборочная машина, и думали, что именно это толкание в конце концов останавливает движение. Но в трёхмерном пространстве этот механизм не срабатывает.

Тонкая проволока из особого материала — топологического изолятора — ведёт себя как городская улица: внутри она пустая, а весь транспорт идёт по краям. Электроны в такой проволоке движутся только по поверхности, словно пешеходы по тротуару, не заходя на проезжую часть.

В токамаке плазма — как толпа на узкой улице: стоит кому-то побежать, и все срываются разом. В стеллараторе с некруглым сечением улица извилистая, с тупиками и карманами. Толпа не может собраться в одну волну — люди застревают по разным углам. Так и плазменные волны: в трёхмерной геометрии они локализуются, как звук в лабиринте.

Терагерцовое излучение лежит между микроволнами и инфракрасным светом. Оно проходит сквозь одежду, бумагу и пластик, но не сквозь металл и воду. Поэтому его используют в сканерах безопасности и медицинской визуализации. Чтобы увидеть поляризацию такого излучения, нужен детектор.

Бросьте горсть камешков в ручей: одни лягут на дно, другие вода обогнёт. Примерно так ведут себя волны в неупорядоченной среде — свет в матовом стекле, звук в пористом материале. Обычно беспорядок тормозит движение: волна застревает, расплывается, теряет направление. Но в новой работе физики построили звуковую решётку, где всё иначе. Решётка — это цепочка полостей, соединённых трубками.

Атомы в кристалле обычно сидят по своим местам, как пассажиры в самолёте по билетам. Но в этом материале медь и тантал заняли места случайно — будто билеты перепутали. Учёные заглянули в кристалл с помощью рентгеновского излучения и увидели: беспорядок не просто на бумаге, а в самом расположении атомов. Из-за этого магнитные связи между атомами меди получились очень разными.

Бросьте горсть гороха в кастрюлю с манной крупой — горошины быстро утонут, расталкивая крупинки. Но если сделать крупу очень густой и липкой, горошины застрянут. Примерно так вели себя лёгкие атомы лития в облаке тяжёлых атомов калия при температуре в миллионные доли градуса выше абсолютного нуля. Обычно частица в газе движется как пьяный пешеход: шаг влево, шаг вправо, и в среднем уходит от старта всё дальше.

Звук в тонкой пластине ведёт себя как рябь на воде: бежит, отражается от краёв, меняет форму. Но у звука есть одна странность — он умеет проходить сквозь места, где волне запрещено существовать. Это похоже на то, как если бы рябь на пруду вдруг исчезла перед каменной перегородкой и появилась с другой стороны, не огибая её. Учёные взяли пластину переменной толщины — плавно сужающуюся, как клин.