потеря массы

Камень, брошенный в воду, быстро теряет скорость из-за сопротивления среды. Метеор, влетающий в атмосферу, должен вести себя аналогично: воздух тормозит его, а трение разогревает и испаряет вещество. Однако камеры сети Global Fireball Observatory за десять лет зафиксировали сотни ярких болидов, которые прошивают небо почти без замедления.

Воздушный шарик, из которого рывками выходит воздух, мечется по комнате — струя бьёт то в одну сторону, то в другую. Так же ведёт себя умирающая звезда, когда сбрасывает раздутую оболочку. Только вместо воздуха — раскалённый газ, а вместо шарика — будущий белый карлик (плотный остаток звезды размером с Землю, в котором вещество сжато до экстремальных плотностей).

Вы помните нашумевшую комету 1I/Оумуамуа — первый объект, пришедший к нам от другой звезды? Её гиперболическая траектория не оставляла сомнений: это странник из межзвёздной пустоты. Но астрономы задались вопросом: а не может ли часть таких гостей быть вовсе не чужаками, а нашими собственными, сбежавшими из Солнечной системы миллионы лет назад?

На периферии Солнечной системы скрываются тысячи объектов, сопоставимых по размеру с экзопланетой — телом планетарной массы, не привязанным к нашей звезде. Их орбиты хаотичны, и время от времени траектория такого странника пересекается с путём Земли.

Среди ледяных глыб, что носятся в пустоте, есть особые путешественники — межзвёздные кометы. Они родились у далёких звёзд и случайно залетели в наши края. Одна из них, 3I/ATLAS, попала под прицел телескопов, когда приближалась к Солнцу. Её вещество — замёрзшие газы и тугоплавкая пыль — начало испаряться, оставляя за собой светящийся хвост.

Звезда весом в сто тысяч солнц живёт ярко и недолго. Финал её — стремительное сжатие в чёрную дыру. Но перед самым концом она успевает окутаться плотным газовым коконом. Именно такие коконы телескоп Джеймса Уэбба различает вокруг загадочных объектов — «маленьких красных точек».

Планета, прижавшаяся к своей звезде, похожа на кусок льда, забытый на раскалённой сковороде. Лёд тает и испаряется, только вместо воды — водород и гелий, из которых состоит верхний слой планеты. Иногда испарение такое сильное, что газ не просто улетает в космос, а оборачивается вокруг звезды и образует кольцо, похожее на надувной круг.

Первые звёзды зажглись из облаков, в которых не было ничего, кроме водорода и гелия. Тяжёлые элементы — углерод, кислород, железо — появились позже, внутри звёзд. Но среди тех первенцев могли быть и лёгкие звёзды, массой чуть меньше Солнца. Такие живут очень долго, миллиарды лет, и могли дожить до наших дней.

Красный гигант похож на воздушный шар, который медленно выпускает газ. Звезда раздувается, её внешние слои слабеют, и звёздный ветер уносит массу в космос. Но сколько именно теряет звезда? Это важный вопрос: от ответа зависит, каким станет её остаток — белый карлик, нейтронная звезда или чёрная дыра.

Обычный уголь, оставленный под палящим солнцем, просто нагревается. Но если перенести его в космос и поднести к Солнцу на расстояние в двадцать раз меньше, чем от Земли, он не выдержит и нескольких минут. Примерно так ведут себя тёмные астероиды, богатые углеродом. Их почти не находят на орбитах, которые ныряют глубоко внутрь орбиты Меркурия.

Некоторые звёзды заканчивают свой путь не грандиозным взрывом, а тихим исчезновением — словно бракованный фейерверк, который вместо яркой вспышки оставляет лишь облако дыма. Обычно массивная звезда завершает эволюцию вспышкой сверхновой сверхновая, после которой остаётся компактный объект — например, чёрная дыра чёрная дыра.

В холодной тьме межзвёздного пространства дрейфуют миллионы планет-изгоев — миров, не связанных гравитацией ни с одной звездой. Обнаружить их напрямую почти невозможно: они не излучают собственного света и не подсвечены родительским солнцем.