звезда солнечного типа

Двенадцать звёзд получили рентгеновский паспорт. Теперь для каждой из них известна точная доза излучения, которую получает планета в обитаемой зоне — области, где возможна жидкая вода. Паспорт собирали по кусочкам: архивные наблюдения космических телескопов XMM-Newton, Chandra и Hubble сшивали с моделями звёздных атмосфер.

Телескоп методично, ночь за ночью, нацелен на далёкую звезду. В потоке её света прячется едва заметный провал яркости — крошечная планета размером с Землю на несколько часов заслонила часть звёздного диска. Такое событие, называемое транзитом, длится считанные часы, а повторяется раз в год или реже. Поймать его — всё равно что расслышать один тихий щелчок в шумном зале.

Две звезды — AF Lep A и ε Indi A — стали объектом пристального внимания астрономов. С помощью спектрографа GHOST на телескопе Gemini учёные разложили их свет на цвета и по линиям поглощения определили, сколько в атмосферах звёзд углерода, кислорода, серы и ещё тринадцати элементов.

Космические лучи — это не электромагнитное излучение, а поток заряженных частиц, в основном протонов и атомных ядер, которые бомбардируют Землю со всех сторон с энергиями от скромных до фантастически огромных.

Каждая звезда — живой архив, а её спектр — многослойная рукопись. Миллиарды лет в ней пишется история галактики: галактическая химическая эволюция Млечного Пути оставляет плавный след в обилии элементов. Но иногда поверх этого слоя проступают иные строки — резкие, драматические, повествующие о том, как звезда поглотила собственную планету.

Долгие годы Солнце дразнило астрофизиков. В его атмосфере тугоплавких элементов — словно пряностей в базовом рецепте — было чуть меньше, чем у почти идентичных звёзд-двойников. Возникло подозрение: уж не скромничает ли наша звезда, отказавшись от планетарного «десерта», который с аппетитом поглощают другие?

Планета скользит по диску звезды — и на миг становится фонариком. Она закрывает крошечный участок поверхности, позволяя разглядеть детали, которые иначе ускользают от взгляда. Именно так астрономы заглянули вглубь тёмных пятен на звезде V1298 Тельца — молодом двойнике нашего Солнца. Им помог космический телескоп Джеймс Уэбб и три планеты-гиганта на орбите.

Крошечные невидимые пули прошивают Солнце насквозь, почти не замечая его вещества. Это аксионы — гипотетические частицы, настолько лёгкие и неуловимые, что их сравнивают с призраками.

Две лампы в витрине: одна светит холодным голубоватым светом, другая — чуть теплее, желтее. Примерно так же выглядят два типа сверхновых — Ib и Ic, — когда астрономы смотрят на них в телескоп. Обе вспыхивают в конце жизни массивной звезды, которая успела сдуть с себя водородную оболочку, как одуванчик теряет пушинки.

Гитарная струна, зажатая на ладах, звучит лишь на определённых нотах — это стоячие волны, разрешённые длиной струны. Похожий принцип, возможно, управляет рождением планет: газопылевой диск вокруг молодой звезды пронизан стоячими волнами, но выживают только избранные колебания.

Массивные горячие звёзды — это настоящие космические «кухни», где в ходе термоядерных реакций синтезируются тяжёлые элементы. Завершают они свою жизнь грандиозными взрывами сверхновых, разбрасывая «приготовленное» по Галактике.

Солнце — не идеально ровная лампочка. Его яркость слегка дрожит: то прибавит, то убавит. Для климата Земли важны даже медленные колебания, растянутые на тысячи и миллионы лет. Именно они могли оставить след в геологической летописи последних 540 миллионов лет. Астроном Геллер измерил яркость 170 звёзд в рассеянном скоплении M67.

Звезда GJ 504 — почти двойник нашего Солнца по возрасту — демонстрирует необычайно резвое вращение: полный оборот она совершает всего за 3,4 земных дня, при этом активно излучая в рентгеновском диапазоне. Для сравнения: типичные звёзды-ровесницы Солнца вращаются куда медленнее, словно утратив былую энергию.

Космический телескоп TESS следит за тысячами звёзд и ловит момент, когда планета проходит по диску своей звезды — тогда свет звезды чуть-чуть гаснет. Так астрономы заметили две планеты возле звёзд, похожих на наше Солнце. Одна из них, TOI-883 b, делает оборот вокруг своей звезды за десять дней, другая, TOI-899 b, — почти за тринадцать.

Свет от галактики PAN-z14-1 начал свой путь, когда Вселенной было всего 400 миллионов лет — по космическим меркам, это младенчество. Из-за расширения пространства, которое растягивает световые волны, этот свет добирался до нас почти 13,5 миллиардов лет.

Некоторые сверхъяркие сверхновые — звёздные взрывы колоссальной мощности — демонстрируют в спектре отчётливую линию кислорода и быстрое расширение оболочки, тогда как другие лишены этих признаков. Долгое время астрофизики считали, что перед ними принципиально разные явления.

Солнцеподобные звёзды редко кружатся в одиночку. Многие из них танцуют с невидимыми партнёрами — коричневые карлики: объектами крупнее планет, но слишком лёгкими для стабильного звёздного горения. В их недрах вспыхивает горение водорода, но быстро затухает, не достигая устойчивости Солнца.

Жизнь на Земле стартовала с молекул, напоминающих природный солнцезащитный крем, — на основе углерода они поглощали мягкий ультрафиолет молодого Солнца и превращали его в тепло.

В августе 2024 года коронограф MIRI на телескопе Джеймс Уэбб смотрел на Альфу Центавра A — ближайшую к Солнцу звезду солнечного типа. На расстоянии 1,5 угловой секунды от звезды вспыхнул точечный источник S1. Поток 3,5 мДж, контраст 5,5×10⁻⁵. Четыре–шесть сигм. Маяк мигнул в тумане. Но в феврале и апреле 2025 года источник не вернулся.