спираль

Старый город обзаводится новыми предместьями. В центре — узкие улочки, где жизнь почти замерла, а на окраинах кипит стройка. Так выглядит спиральная галактика, в ядре которой звёзды давно состарились, а во внешнем диске всё ещё рождаются новые.

Вихрь в магнитном материале — это как водоворот, но вместо воды закручиваются направления намагниченности. Электрон, пролетая сквозь такой вихрь, чувствует не просто магнитное поле, а искривление пространства: его путь изгибается, словно он катится по воронке с узким горлышком.

Ранняя Вселенная напоминала стремительно остывающий океан. При колоссальных температурах всё было единым — кварки, электроны, взаимодействия сливались в симметричный «пар». Но по мере расширения и охлаждения этот пар конденсировался, фазовые переходы сменяли друг друга, словно вода превращается в лёд.

В центре многих галактик вращаются космические волчки невероятной мощи — сверхмассивные чёрные дыры. Их природу первым описал Шварцшильд сразу после того, как Эйнштейн подарил миру общую теорию относительности. Спин — такой же фундаментальный параметр, как масса, но куда более неуловимый.

Две чёрные дыры проносятся мимо друг друга, как гоночные болиды на встречных полосах. В обычной общей теории относительности они остаются «лысыми» — никаких дополнительных полей вокруг них не возникает. Но если в уравнения добавить скалярное поле (нечто вроде невидимого тумана, пронизывающего пространство), правила меняются.

Открытый океан — гигантская чаша, где ветер почти никто не измеряет напрямую. Стационарные платформы редки и дороги, а спутниковым скаттерометрам (приборам, зондирующим поверхность радиолокатором) для калибровки нужны наземные данные. В прибрежных зонах такие данные есть, но вдали от берегов — пустота.

В 460 световых годах от нас, вокруг звезды HD 135344B, кружит плотный газопылевой диск. Он похож на гигантскую грампластинку, которую кто-то надломил: в диске зияет разрыв, а через него, словно тонкий мост, тянется пылевая нить. Рядом с этой нитью в рассеянном свете заметна закрутка — изгиб спирального рукава, будто его на мгновение придержали, а потом отпустили.

Мыльный пузырь, в котором заперто электричество, а стенки сделаны из невидимого поля — примерно так выглядит чёрная дыра с «резонансными волосами». Это не настоящие волосы, а облако скалярного поля, которое удерживается вокруг дыры за счёт собственных взаимодействий. Само поле похоже на невидимую упругую пену: оно не разлетается, потому что его частицы слегка притягиваются друг к другу.

Каждая ракушка — это каменный дневник роста. Моллюск не строит её по чертежу, как архитектор, а просто добавляет материал по краю, следуя одному и тому же правилу. Как если бы улитка каждый день приклеивала к своему домику новую полоску, чуть-чуть сдвигая её в сторону и увеличивая размер. Именно это повторение, а не сложный контроль, и создаёт характерную форму вида.

Стая птиц или косяк рыб иногда закручивается в воронку, хотя ни одна особь не командует «крутись». Такое коллективное вращение помогает группе держаться вместе и лучше перемешиваться. Обычно его объясняют тем, что сами особи асимметричны, как винт, или толкают друг друга с поворотом. Но в новой работе найден другой путь.

Раньше астрономы рассчитывали массу галактик, упрощая их форму до идеальных сфер. Но галактика — это не шар, а плоский диск, похожий на гигантский блин. Новая модель «Потерянное и найденное» учитывает эту реальную геометрию: она суммирует гравитационное притяжение от всех частей диска, а не только от центральной выпуклости (балджа).

На Солнце иногда происходят вспышки — яркие взрывы, которые выбрасывают в космос потоки заряженных частиц. 22 апреля 2021 года одна такая вспышка случилась в активной области, где тёмное солнечное пятно пересекал светлый «мост» из более горячего газа.

В обычной воде рябь от брошенного камня расходится ровными концентрическими кругами. Но представьте жидкость, молекулы которой похожи на крошечные винтики с правой резьбой. В такой среде поверхность работает как дорога с односторонним движением: волны могут распространяться только в определённом направлении.

Кольцевые рифы — атоллы — обычно объясняют так: кораллы нарастают по краю вулканического острова, а сам остров медленно опускается. Остаётся полое кольцо, которое может тянуться на километры. Но спутниковые снимки показывают похожие кольца и у совсем маленьких рифов, где вулканов нет и опускания не было. Иногда маленькие колечки встречаются внутри больших атоллов — как кольца внутри колец.

Реснички — это крошечные волоски на поверхности клеток. Они бьются, как вёсла, и двигают жидкость. В лёгких они выталкивают пыль и микробов наружу. Но их длина разная: у человека — тысячные доли миллиметра, у гребневиков — несколько миллиметров. Как такие разные реснички работают вместе? Учёные построили машину, которая резко дёргает жидкость, как будто ресничка ударила. Они снимали это на скоростную камеру.

Резкий порыв ветра бьёт по крылу — и над ним закручивается огромный вихрь. Такой вихрь способен резко изменить подъёмную силу, и самолёт может клюнуть носом. Инженеры давно ищут способ предсказывать эти вихри, но мешает сложность: быстрый поток воздуха полон мелких хаотичных завихрений.

Бросьте в пруд горсть камешков — и расходящиеся круги пересекутся, создавая всплески и затишья. Примерно так же ведут себя гравитационные волны — колебания метрики пространства-времени, предсказанные Эйнштейном в общей теории относительности. Только колеблется не вода, а само пространство-время.

Микроб с жгутиками гребёт в воде, как человек руками. Но если человек поплывёт брассом, он поплывёт вперёд, а микроб — по спирали. Всё дело в том, что у микроба нет единого направления: каждый участок поверхности толкает воду в свою сторону, и тело закручивается, как штопор.

Внутри планет-гигантов, таких как Юпитер и Сатурн, тепло не всегда поднимается свободно. Тяжёлые элементы, которых больше в одних слоях и меньше в других, не дают горячей жидкости всплывать. Возникает полуконвекция — перемешивание, при котором тепло и состав распространяются с разной скоростью.

Солнце вращается не как единое целое: его экватор делает оборот быстрее, чем полюса. Эта разница в скорости вращения создаёт слои, которые движутся с разной скоростью — как течения в океане на разных глубинах. Учёные давно подозревали, что именно эти течения отвечают за магнитное поле Солнца, но не могли точно сказать, где именно оно рождается.

На столе лежит тонкая резиновая плёнка. Кто-то берёт её за середину и медленно тянет вверх. Плёнка не хочет просто подняться: она выгибается куполом, потом по краю купола бегут морщины, как складки на юбке. Поднимают выше — морщины собираются в крупные складки, которые пересекают всю плёнку. А если начать опускать, складки не исчезают, а складываются в новые формы.